То, что неведомый, но вездесущий Бунгало успокаивает местных баранов, окончательно выбило Орина из колеи. Он нагнулся и с трудом просунул голову в окошко, но внутри лавки никакого Бунгало не оказалось — там сидела рыжеволосая торговка. Совершенно одна.

— Эй, ты чего? — спросила она.

— Ты не Турняшкина будешь? — на всякий случай поинтересовался Орин, хотя уже и сам слышал: голос совершенно другой.

— Пьяный, что ли? — торговка с шумом загребла своим большим носом полтора кило воздуха. — Да вроде не пахнет… Ты вылазь давай, не ломай мне тута ларек.

— …Ракам не следует влезать сегодня в чужие дела, вынюхивать и высматривать, — тут же предупредила Турняшкина. — Иначе можно так влипнуть, что без помощи милиции не обойтись. В общем, поменьше любопытства и побольше осторожности.

Убедившись, что больше ему тут делать нечего, Орин попытался вытащить свою голову обратно из окошка, но не тут-то было.

Голова застряла.

Как так получилось и почему внутрь просунуть голову было можно, а назад никак, Орин так и не понял. Он стоял в полусогнутом положении, весь снаружи, за исключением той части тела, которой положено думать раньше, чем ее куда-то совать.

— Львам неожиданно повезет, — радостно заявил Бунгало. — Они получат шанс расквитаться с обидчиком, о чем даже и не мечтали. Месть Льва может быть ужасной, но и ему нужно тщательно присматривать за своей потенциальной жертвой.

«В городе еще и львы?» — пронеслось в застрявшей голове Орина, но он отмахнулся от несвоевременной мысли и угрюмо посмотрел на ничего не понимающую торговку.

— Пихни! — рыкнул он.

— Чего? — удивленно произнесла та.

— Голову пихни, застряла!

— Ты чего же наделал-то, окаянный? — до торговки начал доходить весь трагический смысл случившегося. — Ты же застрял!

Она всплеснула руками и беспомощно посмотрела по сторонам. Затем осторожно надавила на голову Орина. Голова не поддавалась.

— Сильнее пихай! — рычал Орин, постепенно приходя в бешенство.

— Бесполезно сегодня обращаться за помощью к Девам! — радостно сообщила Турняшкина. — Их попытки помочь только осложнят вам ситуацию.

Торговка попыталась толкнуть голову Орина со всей силы, но, увы, непутевая голова эта цеплялась за окошко подбородком, затылком и ушами. Откуда-то с улицы послышались смешки и непристойные комментарии, отчего Орин взбесился еще больше. Нелепее положения он даже представить себе не мог. В чужом времени, в чужом мире застрять головой в отверстии, через которое торгуют напитками и снедью. Торговка распахнула дверь и выскочила на улицу.

— Да помогите же кто-нибудь! — громко запричитала она. — Мне же торговать надо… Товарищ милиционер! Това-а-арищ милицион-е-е-ер! Да постойте же, я к вам обращаюсь! Нет, вы только гляньте, что творится.

Послышались шаги, в лавку кто-то зашел. Орин извернул шею, чтобы посмотреть и не сдержал удивленного возгласа. В дверях стоял тот самый стражник, которого Яки заставил гоняться за собакой.

— Ну что, бомжара, добегался? — добродушно спросил стражник. — Думал, не встретишься больше с сержантом, да? От сержанта Петрова еще ни один бомж не уходил! Чего в киоске стибрить хотел, хмырь?

Довольная ухмылка стражника не предвещала ничего хорошего. Будет бить по голове, решил Орин, увидев, как тот поигрывает своей черной дубинкой.

— Не стоит ссориться со Скорпионами, — предупредил Бунгало.