Адмирал открыл было рот, но не успел ничего сказать. Антея Мандагалла поразила присутствующих тем, что без разрешения заговорила с бывшим старше нее по званию Мукерджи и сделала это, практически перебив командующего флотом. Впрочем, сейчас ее, кажется, не волновали такие мелочи.

– Разумеется нет! Личный состав ВКФ Земной Федерации и военно-космических флотов наших союзников знает, ради чего надел военную форму. Экипажи наших кораблей понимают, что во время штурма узла никто не застрахован от гибели, в каком бы звании он ни находился, – сказала она, сделав особое ударение на последних словах, и это было святой правдой; начало этой славной традиции ВКФ Земной Федерации положил еще Говард Андерсон за полтора столетия до описываемых событий. – Кроме того, у «пауков» множество камикадзе. Потери в результате совмещения по выходе из узла наверняка будут меньше тех, что мы понесем, отправляя в узел корабли один за другим.

В другое время Мукерджи, возможно, отчитал бы начальницу штаба Прескотта за «дерзость», но сейчас он, как ни странно, просто пустился в возражения:

– Но если все будет идти по плану, клык Заарнак, начавший операцию несколько раньше нас, отвлечет на себя камикадзе.

– Лишь тех, что будут в тот момент возле узла! Но если мы станем переправлять корабли в паучью систему постепенно, противник успеет подтянуть к узлу резервные кораблики-самоубийцы еще до того, как мы вырвемся на оперативный простор. Я уверена, что наш личный состав поймет этот приказ. Особенно если его отдаст сам…

Мандагалла замолчала, и, если бы не ее черная кожа, присутствующие увидели бы, как она залилась краской. Она чуть не забылась и не сказала открытым текстом, что весь личный состав Первой ударной группы Седьмого флота готов по первому слову Реймонда Прескотта пожертвовать жизнью, хотя и сама ненавидела лесть не меньше Прескотта.

Со стороны коммуникационного монитора раздался громовой бас командира Шальдара:

– Я согласен с таким решением. Кроме того, мы уже прибегали к этому приему во время второго удара по Третьему паучьему гнезду, когда экипажи гормских канонерок добровольно отправились в узел одновременно. «Синкломус» требовал от них любой ценой защитить их «ломус», как они теперь его понимают.

– Но ведь это были канонерки! Мы никогда еще так не рисковали космическими кораблями! Кроме того… – Мукерджи собирался сказать: «канонерками управляли не люди, а гормы», но вовремя прикусил язык и поспешно повернулся к Прескотту: – Господин адмирал, вы сами понимаете, что ваше решение беспрецедентно. Может, еще не пора…

– Пора, адмирал Мукерджи! Коммодор Мандагалла и командир Шальдар правы. Мы все выполним свой долг!

Ожидалось, что оба вражеских соединения одновременно атакуют Франос. Они наверняка поддерживали связь друг с другом, и такой порядок их действий казался наиболее логичным. Поэтому вражеские действия вызвали удивление: соединение, подошедшее со стороны системы, в которой пострадала вражеская астрографическая флотилия, начало атаку, а соединение, прибывшее со стороны уничтоженной жизненно важной системы, бездействовало.

Сначала враг применил свои любимые беспилотные аппаратики с ракетами на борту, а потом стал, как обычно, отправлять в узел пространства один за другим тяжелые корабли. Флоту пришлось позабыть об удивлении неприятельскими действиями и, согласно плану действий при непредвиденных обстоятельствах, бросить на врага множество канонерок и челноков, патрулировавших возле обоих узлов. Вспыхнуло ожесточенное сражение.

Убедившись в том, что вражеские соединения не собираются атаковать одновременно, Флот решил воспользоваться неожиданной возможностью разгромить их поодиночке.