– А Главный штаб по-прежнему перебрасывает крупные силы на другие фронты и не желает развязать вам руки, – сказал Прескотт.

– Вот именно! Конечно, и ко мне прибывают новые корабли, но их очень мало, потому что предназначавшиеся мне подкрепления отправили для участия в операции «Антооноф» и в последовавших за ней боевых действиях, – сказал Ктаар. – По мнению Стратегического совета, у меня по-прежнему недостаточно кораблей для удара из Шанака. Я, конечно, понимаю, что корабли требуются и на других фронтах, но…

– Если «паафуки» знают, что вы нашли узел, за каждый день промедления вы заплатите новыми потерями при его штурме, – закончил за Корааза Заарнак.

– Вот именно, – повторил Корааз, выразительно прижав оба уха. – Возможно, противник бросил все силы на укрепление своей стороны узла, как только понял, что «Басинкихан» его обнаружил. Может, «паафуки» уже окружили узел десятками фортов, и с каждым днем их становится все больше и больше. Кроме того, количество кораблей, использованных противником при первом штурме Килены и Тельмасы, а также быстрота, с которой к ним прибывали подкрепления, позволяют предположить, что рядом с Шанаком находится по меньшей мере одно из «гнезд» противника. И в этом случае надо ударить как можно скорее, чтобы вынудить противника и дальше распылять остатки стратегического резерва. Теперь, когда «паафуки» перешли к обороне, удар на новом направлении ослабит ее на остальных фронтах.

– Все это очень убедительно, великий клык, – через мгновение сказал Прескотт. – Разумеется, – язвительно добавил он, – мы с Заарнаком простые солдаты, и великие умы, которые трудятся в ужасающих условиях на Новой Терре, вряд ли прислушаются к нашему мнению.

Заарнак с Кораазом хором замурлыкали, не скрывая, что им понравилось меткое замечание Прескотта, который заулыбался было им в ответ, но тут же посерьезнел:

– Великий клык, я действительно разделяю ваши опасения и считаю, что вам представилась единственная в своем роде возможность… Вы, наверное, хотите, чтобы мы ознакомили с вашим мнением владетеля Тальфона и командующую Макгрегор?

– Совершенно верно, – признался Корааз. – Я понимаю, что все мы примерно в одинаковом положении, но, как метко сказал один земной писатель несколько столетий назад, «все мы равноправны, но не всегда обладаем равными правами».

Прескотт ошеломленно уставился на довольного произведенным впечатлением Корааза. Прескотт давно слыл среди орионцев знатоком их истории, культуры и философии. Многие орионские офицеры решили от него не отставать и бросились изучать культуру землян. Корааз среди них был одним из самых начитанных и не упустил случая продемонстрировать накопленные знания.

– Я знаю, что владетель Тальфон и Объединенный комитет начальников штабов со вниманием относятся к моим донесениям и предложениям, – продолжал посерьезневший командующий Третьим флотом. – Но мне также известно, что решения командующих во многом зависят от того, каким образом их штабные офицеры преподносят им те или иные факты. Откровенно говоря, я надеюсь, что особые отношения, сложившиеся у вас с членами Объединенного комитета начальников штабов и в первую очередь с владетелем Тальфоном, придадут особый вес моим доводам в ваших устах. Уверен, что вам удастся прорвать завесу непонимания, часто повисающую между главнокомандующим и командирами его частей на поле боя. Если, конечно, вы захотите поддержать мою точку зрения!

– Возможно, вы переоцениваете наше влияние в Объединенном комитете начальников штабов, – усмехнувшись, ответил Прескотт.