Леблан некоторое время молчал под исполненными ужаса взглядами собравшихся, а потом сел на место.

На фоне сверкавших в иллюминаторе звезд возник силуэт Ктаара’Зартана.

– Ну что ж, – так же негромко, как Леблан, проговорил он, – теперь вы знаете, что нас ждет. Впрочем, мы предвидели это и разработали свои планы соответствующим образом. Великий Союз благодарит Заркольскую Империю за то, что она предоставила в его распоряжение свой военно-космический флот, которому предстоит сыграть особую роль в предстоящей операции! – добавил орионец, повернувшись к адмиралу Дар’Салаку.

Трудно было понять, что написано на лице существа, по сути дела лишенного такового. Компьютер так же не отличался эмоциональностью, и все же программа компьютерного перевода достаточно точно подбирала слова, и всем стало ясно, что заркольский адмирал понимает важность того, о чем говорит.

– Для нас высокая честь выполнить отведенную нам роль в будущем сражении! Наши линейные крейсера типа «Кель’Пурак» спроектированы именно для таких целей, и их экипажи знают, на что идут.

– Ну вот и отлично… Мы в последний раз встречаемся перед началом операции, так что, если кому-нибудь еще что-то не ясно, прошу задавать вопросы сейчас!

Как ни странно, на Ктаара не посыпался град вопросов. Все присутствовавшие прекрасно знали план операции, и за предложением орионца последовало лишь обычное обсуждение подробностей распределения ресурсов между отдельными подразделениями, но и этот спор был непродолжительным, и очень скоро рубка опустела. Теперь в ней на фоне далеких звезд маячила только фигура Ктаара’Зартана.

Он не торопясь встал, повернулся к иллюминатору и некоторое время молча смотрел вдаль. Внезапно орионец почувствовал, что в рубке еще кто-то есть. Ктаар отвернулся от иллюминатора, и его зоркие в полумраке глаза тут же разглядели в темном углу чью-то тень.

– Адмирраал Мурракуума, это вы?

В лившемся из иллюминатора свете звезд возникла стройная женская фигура. Ктаар’Зартан достаточно хорошо знал землян, чтобы понять, насколько хрупка и изящна Ванесса.

– Прошу прощения, владетель Тальфон, но я почему-то вспомнила о вашем предыдущем полете на моем флагмане. Тогда с нами был и адмирал Антонов.

Ктаар тяжело вздохнул и погрузился в воспоминания.

– Как давно это было! – наконец пробормотал он, на человеческий манер покачав головой. – И все-таки кажется, что это случилось вчера. Мне даже чудится голос комаандующщей Авраам, распекающей вас за то, что вы пригласили нас к себе на борт во время боевой операции. Она, кажется, решила, что мы впали в детство и захотели поиграть в войну во время инспекционной поездки. – Орионец усмехнулся, мурлыкнул и добавил: – Иваан рассказал мне, что Авраам не только подробно изложила ему свою точку зрения на наш поступок, но и попыталась растолковать ее вам.

– «Растолковать» – это мягко сказано, – заметила, в свою очередь усмехнувшись, Ванесса. – Она, наверное, репетировала свою отповедь всю дорогу из Центавра в Юстину. Вы и представить себе не можете, как она отчитала меня за то, что я позволила рисковать жизнью председателю Объединенного комитета начальников штабов и родственнику Орионского Хана!

Ванесса чуть было не рассмеялась, но внезапно взглянула в иллюминатор на холодную бездну Андерсона-3, и у нее защемило сердце при мысли о том, что где-то в соседних системах погибли и сама Ханна Аврам, и тысячи ее соратников.

Ктаар’Зартан прочел мысли Ванессы и сверкнул глазами.

– Но ведь, отругав, Авраам вручила вам высшую земную награду за доблесть, – негромко проговорил он.

– Это правда, – пробормотала Ванесса и машинально погладила ленточку ордена Золотого Льва у себя на груди.