На лестнице послышался шум. Это был Верон в сопровождении нескольких воинов, у них в руках были мечи. Улазим и Фесгао немедленно встали между ними и хозяевами.

— Ваша светлость, я слышал шум битвы, — тяжело дыша, произнес сержант, не обращая внимания на двух рэка, вставших прямо перед ним.

Мекуэн поднял руку, призывая к спокойствию.

— Наши слуги прекрасно справились, Верон. Видимо, убийцы пробрались в замок еще днем.

— Я боялся, что это бандиты, — ответил сержант. Он оглянулся на тела, затем опустился перед ними и открыл одному из них лицо. — Я узнаю, почему мои люди пропустили их через внутренние ворота, — пообещал он. Затем посмотрел на герцога. — С вашего разрешения, я бы обыскал весь замок, от подвалов до крыши.

— Скажи-ка сначала, — спросил Улазим, — не знал ли ты заранее об этом нападении?

Верон напрягся, потом расслабился. Он посмотрел на Мекуэна.

— Нет, ваша светлость, — тихо ответил он, — я ничего об этом не знал.

Улазим посмотрел на Али, и она еле заметно кивнула. Верон говорил правду, об этом сказало ей Зрение.

— Что происходит? — спросил Мекуэн изменившимся голосом. — Откуда Верон мог знать об убийцах заранее? Мне кажется, вы намекаете, что он мог помогать им.

Улазим и Фесгао пристально смотрели на Верона. Сержант вдруг покраснел, поколебался, затем грохнулся на колени, не сводя с герцога глаз.

— Ваша светлость, простите меня, — сказал он. — Каким-то образом эти люди узнали, что мне приказано отчитываться в ваших действиях перед Короной. Я слуга вашей светлости, но король тоже мой господин. — Верон помолчал и закончил: — Ваша светлость должен понимать, что среди слуг неизбежны шпионы.

— Убей собаку-предателя, — взревел Броно, сверкая глазами. — У человека должен быть только один господин. Ты ему платишь, он должен быть только твой.

Виннамин положила руку на плечо мужа.

— Нельзя решать сейчас, когда столько важного еще не доделано, — пробормотала она.

Мекуэн поднял ее руку и поцеловал.

— Ты мудра, как всегда, моя дорогая, — сказал он.

Мекуэн приказал Верону тщательно обыскать все помещения, и все пошли в спальню. Фесгао и Улазим последовали за своими хозяевами. Али осталась на минуту, чтобы запомнить лица троих убитых мужчин — убийцы часто работали целыми семьями, затем догнала остальных. Вот это да! Большая, красивая спальня была разгромлена. Разноцветные портьеры и гардины в стиле рэка, вышитые занавеси, гобелены, подушки, валики и пологи с кровати были искромсаны. По всей комнате летал гусиный пух, кое-где виднелись капли крови. Четыре бандита лежали на полу, все еще сжимая в руках оружие.

Пятый стоял на коленях у двери. С обеих сторон его охраняли двое неподвижных рэка. Его руки, запястья и щиколотки были связаны, во рту — кляп. На голове большая рана, из которой на лицо струилась кровь. Это был тот, кого Али еще утром приняла за главаря. Их взгляды встретились. Его серые глаза, казалось, окаменели.

Али посмотрела на трупы. Двое незнакомцев и двое — из торгового каравана. Так. Трое пришлых убийц здесь, еще трое — на лестнице. А где рыжая женщина? Может, она не убийца, а шпион, и сейчас ходит по деревне и выуживает у людей секреты?

Сарэй нагнулась и подняла лежавший на полу меч.