– Мой Йенс надолго уходил в море, но потом возвращался ко мне. – Она вся трепетала от близости Бастиана. – Каждый раз все происходило будто впервые. Нам всегда было так хорошо, так упоительно… как гром и молния. Я могла бы ждать его еще дольше.

Сигне вздрогнула от дуновения ночного ветерка, и Бастиан еще крепче обнял ее. В этот момент она повернулась, прикоснувшись к нему упругой грудью. Не сдержавшись, Бастиан со стоном потянулся к ее губам. Перед ним была совершенно другая Сигне Торвальд – страстная, зовущая, желанная… Бастиан поцеловал ее, и его многолетний опыт в подобных делах подсказал, что Сигне готова отдаться ему.

Она не протестовала, когда они вместе соскользнули на теплый песок. Бастиан языком раздвинул ее губы, и Сигне с готовностью раскрылась навстречу его страстному поцелую. Бастиан почти наполовину накрыл ее своим могучим телом, затем, опираясь на одну руку, другой принялся расшнуровывать корсаж платья.

Как только его старания увенчались успехом, он с жадностью прильнул к тяжелой полной груди, целуя ее, покусывая нежную кожу. Застонав, Сигне схватила Бастиана за плечи и выгнулась ему навстречу. Запрокинув голову, она в порыве страсти выкрикивала его имя.

О, как давно ее никто не ласкал! Как долго она ждала этого мгновения! О, какой он сильный и как точно знает, чего ей хочется!

Да, Бастиан действительно знал это. Он щедро одаривал ее ласками, не забывая целовать ждущие полуоткрытые губы, нежную шею, плечи и ложбинку между грудей. Сигне прижималась к нему всем телом, словно подстегивая его. Бастиан моментально задрал ее юбки, заскользив рукой по гладкой теплой коже бедер и ягодиц. Сигне продолжала извиваться под его пальцами, побуждая Бастиана к более смелым ласкам. Она вздрогнула, когда он коснулся ее горячего влажного лона, и Бастиан решил немного умерить свой пыл. Чутко улавливая все изменения в поведении Сигне, он больше всего опасался спугнуть ее неосторожным движением. Впрочем, пока все шло хорошо. Сигне лишь учащенно дышала, постанывая от наслаждения, когда грубые пальцы Бастиана осторожно вторгались в ее нежную плоть.

О, какую радость доставляет ей Бастиан Кейн! «Но ведь Бастиан Кейн – это не Йенс Торвальд, – вдруг пронеслось у нее в голове. – Я не имею права предаваться плотским утехам с загадочным Бастианом Кейном!» Сигне охватила паника. Какое безрассудство! Какое бесстыдство! Она ведет себя как… как шлюха… портовая девка… как презираемая ею женщина капитана!

Резко оттолкнув Бастиана, Сигне быстро поднялась на ноги, не давая себя удержать.

– О, Боже праведный, что я наделала?! О нет, пожалуйста, – умоляюще проговорила она. – Я прошу меня простить… я не распутная женщина. Просто ты такой большой и сильный. Я немного потеряла голову. Но это нехорошо…

Не успел Бастиан опомниться, как Сигне уже бежала по песку, в сторону костра, где все еще продолжался праздник. Он не стал догонять ее, потому что просто не мог этого сделать.

– Гром и молния!

Бастиан с трудом поднялся на ноги. Все тело требовало удовлетворения, боль в паху буквально сводила его с ума. Сжав кулаки, он потряс ими в воздухе.

– Разрази меня гром!

Ему удалось так хорошо подготовить ее, довести до умопомрачительного состояния, а она… она сбежала, будто он хотел ее изнасиловать! Бастиан не знал, чем это объяснять.

Да, это послужит ему хорошим уроком: нечего было строить из себя джентльмена. Он мог бы уже давным-давно получить свое. Ох уж эти порядочные женщины!

Быстро раздевшись, Бастиан бросился в ласковую кристально-чистую воду, пытаясь найти в ней успокоение. Он плавал и нырял до изнеможения и только спустя час, пошатываясь, вышел на берег. Но все равно в его воспаленном мозгу продолжали звучать сладострастные стоны молодой вдовы Сигне Торвальд.