– Что с тобой происходит? – спросил он без обиняков. – Любой дурак заметит, что ты явно нездорова.

– Ничего, право же. Это просто жара… Я плохо сплю… – ответила Сигне, не поднимая глаз.

Бастиана вдруг осенило: а не отголоски ли это той ночи?

Наверняка она страдает из-за того, что вела себя слишком вольно. «Порядочная женщина скорее умрет, чем позволит себе не освященные церковью наслаждения», – вспомнились ему собственные слова. Что ж, он вовсе не желает ее смерти.

– То, что произошло межу нами той ночью… – начал Бастиан, подходя ближе.

Сигне вдруг разнервничалась и с хрустом сжала сплетенные пальцы рук.

– Пожалуйста, прости меня. Я вовсе не хотела оставить тебя таким… неудовлетворенным, – проговорила она, поразив Бастиана своей откровенностью. – Ты имеешь полное право злиться на меня. Женщина, которая берет и ничего не дает… – Сигне осеклась и смущено отвернулась.

Бастиан словно онемел, оторопело уставившись на нее.

– Я не должна была позволять тебе прикасаться ко мне, ласкать. Нехорошо было и убегать от тебя. Но это не слишком большой грех. Мне нельзя отдаваться тебе. Потом мне будет очень больно. – Сигне приложила руку к своей восхитительной груди. – Уже больно.

Господи, до этого момента Бастиан не понимал, что ему тоже больно. Что с ним происходит? Неужели Сигне желает его, как и он ее?

Нет, Бастиан решительно ничего не понимал. Судя по всему, она полагает, что это принесет ей страдание, но сейчас-то зачем отказывать себе в удовольствии?! Зачем избегать наслаждений только потому, что когда-нибудь они закончатся? Право, у порядочных женщин здравого смысла не больше, чем у морской губки. Дай им лишь немного радости, а они тут же начнут переживать о грядущих страданиях! Наверное, что-то отразилось на лице Бастиана, потому что Сигне попыталась проскользнуть к двери. Но он успел преградить ей путь и с удивлением увидел, что по ее щекам катятся слезы.

– Пожалуйста, – умоляюще произнесла она, переворачивая ему душу. – Пожалуйста, не прикасайся ко мне. Я не смогу этого вынести.

Бастиан застыл на месте. Он не знал, как истолковать эти слова, а Сигне показалось, что в его взгляде мелькнуло отвращение. Она торопливо прошмыгнула мимо него. Бастиан даже не попытался ее остановить, прислушиваясь к удаляющимся шагам.

Интересно, кого боится Сигне: его или себя? Как она может утверждать, что получит удовольствие от его ласк и в то же время отталкивать его?! Проклятие! Эти женщины, определенно, могут свести с ума! Бастиан зашагал к берегу. Похоже, скоро у него войдет в привычку плавать до изнеможения в холодном ночном океане.

* * *

Приближался день выкупа, но пираты, пожалуй, ждали его с большим нетерпением, чем сами заложники. И пастор, и плантаторы, и кузен губернатора успели по-своему привыкнуть этому острову. Они здесь, можно сказать, отдыхали. Отличная еда, развлечений хоть отбавляй – с пиратами не соскучишься – и никаких тебе забот! Страдала одна только Сигне Торвальд.

Опять ей придется выслушивать нравоучения брата о том, что вдова, мол, не должна жить одна и все такое прочее. Но больше всего Сигне страшила предстоящая разлука с Бастианом Кейном. Хотя и находиться рядом с ним было для нее тоже мучительно.

А вот Рейдер, кажется, ни о чем не думал, кроме своей семейной жизни, и это начинало серьезно беспокоить Блайт. Возвращение заложников все-таки было связано с определенным риском. Хорошо, если все пройдет как задумано, а вдруг придется вступить в неравный бой?!

* * *

Блайт настояла на том, чтобы ее взяли с собой. Рейдер неохотно, но все же согласился это сделать.