Ближе к полуночи Раньон и Спарс забрели в дешевые номера, где к ним сразу же привязались две довольно неряшливые девицы. Обещая массу удовольствий, они потащили изрядно подвыпивших мужчин по полусгнившим ступенькам наверх, в одну из комнат.

Как только все четверо оказались в пропахшей сыростью комнатушке, одна из женщин достала бутылку дешевого Пойла и настояла на том, чтобы каждый выпил хотя бы по рюмке. За этой бутылкой последовала другая, и вскоре оба дружка уже валялись на полу с вывернутыми карманами. В маленькой металлической жаровне обугливались клочки записки, найденной шлюхой в кармане Раньона. Женщина не умела читать, но по виду бумажки догадалась, что это отнюдь не ценный вексель…

* * *

Солнце стояло уже довольно высоко, когда Блайт проснулась от тихого позвякивания и шуршания. Открыв глаза, она обнаружила прямо перед собой заросшее щетиной мужское лицо и внутренне сжалась, но быстро совладав со страхом, сердито нахмурила брови. Лицо отодвинулось, однако темные, подвижные, как у хорька, глазки продолжали внимательно разглядывать ее.

– Прошто профефял шифа ли ты, – прошамкал старик беззубым ртом, затем повернулся и, постукивая по полу деревяшкой, захромал к двери.

С минуту Блайт лежала неподвижно, чувствуя ужасную слабость, но вроде бы все было цело. Кажется, она потеряла сознание… А что, если?.. Блайт вскочила как ошпаренная и с бешено бьющимся сердцем осмотрела свою одежду. К счастью, все было на месте, ее даже не пытались раздеть. Она облегченно вздохнула. Внезапно рот ее наполнился слюной, ноздри затрепетали: по каюте разливался дурманящий запах еды… аромат свежеиспеченных булочек… дразнящий воображение запах шоколада, свежезаваренного чая и острого сыра…

Блайт дважды сглотнула и огляделась, обнаружив, к огромному удивлению, на круглом черном столе серебряный поднос, заставленный всевозможными яствами. Она поспешно подбежала к столу. Господи, чего тут только не было! И все такое аппетитное, изысканное… Вот омлет с ветчиной, сверху посыпанный кусочками острого сыра, горячие булочки с изюмом, изумительно свежее масло и густой горячий шоколад, смесь нарезанных ломтиками тропических фруктов с тертым кокосом… Блайт едва не лишилась чувств. Еда… и какая!..

Охваченная поистине первобытным чувством голода, она набросилась на все эти яства, словно не ела несколько дней. Впрочем, так оно и было! Подогнув под себя ноги, Блайт удобно устроилась в кресле и принялась поглощать все подряд. Омлет с ветчиной и расплавленный янтарный сыр исчезли в первую очередь, затем она насладилась горячим шоколадом, попутно поедая горячие булочки, не забывая при этом намазывать их маслом и апельсиновым джемом. Постанывая от удовольствия, Блайт взялась за подслащенные медом фрукты и, отбросив условности хорошего тона, влезла в большое сервировочное блюдо своей ложкой.

Насытившись до предела, она налила себе ароматного чая и выпила подряд целые две чашки, наслаждаясь каждым глотком. Только после этого Блайт откинулась наконец на спинку кресла и принялась не спеша слизывать с пальцев остатки джема. Как раз в эту минуту открылась дверь. В каюту вошел Рейдер Прескотт, пронзив девушку холодным оценивающим взглядом.

Блайт хотела было вскочить, но приятная тяжесть в желудке удержала ее на месте. Она высвободила из-под себя ноги и, держась за край стола, медленно поднялась, не сводя с Рейдера настороженного взгляда.