Теперь же все изменилось. Мне есть зачем жить. Раньше я был уверен в одном: девушка, на которой я хочу жениться, где-то есть. Теперь я точно знал где. Знал ее имя, адрес. И я задумался. Настало время пустить в ход тяжелую артиллерию. Все будет. Но не сейчас. Сначала мы выиграем эту войну. Мы выиграем ее, блеснув на дипломатическом поприще.

Об этом же я думал и утром, нежась в постели. Настя собиралась на работу. Я зевал и возмущался:

— Какая рань! Разве у тебя не выходной? Ты же говорила, что работаешь через день!

— Это за вчерашнее. Неудобно получилось, надо отработать. У сменщицы маленький ребенок, она после обеда отпросилась. С утра я на практике, а после обеда на работе. А ты сиди здесь. Еда в холодильнике. Разогреть сможешь?

— Конечно!

— Подумать только! Если бы ты пришел позавчера или, к примеру, сегодня, мы бы не встретились!

Я уже знал: такого не могло быть. Это судьба. Как задумал Сгорбыш, так и случилось. И потом: она наверняка все рассказала подругам и сменщице. Если бы меня увидела другая девушка, она бы тут же отправила меня прямиком к Насте. Ошибка исключалась.

После того как Настя ушла, я потянулся к телефону. Восемь утра. Но я знаю человека, который рано встает. Я набрал номер и вскоре услышал голос отца:

— Да, Леонид.

По голосу я понял, что он все еще сердится. Да что там! Он был зол! Просто вне себя! Но надо же что-то есть моим детям? Которые еще не родились, но ждать осталось недолго. Поэтому из моих уст вылетела следующая фраза:

— Папа, я подумал над тем, что ты сказал. И признаю: я был не прав. Но на то есть причины. Хотелось бы все объяснить. У меня серьезный разговор. Я хочу, чтобы мама тоже присутствовала. Сегодня вечером.

— Во сколько? — хрипло спросил отец.

— Часов в семь.

— Хорошо. В семь часов вечера мы ждем тебя к ужину. И готовы тебя выслушать.

— Маленькая проблема.

— Что такое? — насторожился отец.

— Они захватили мою машину.

— Где?

— На стоянке у Павелецкого вокзала. Не знаю, там она еще или нет, но проверить не могу. Боюсь, что там меня ждут.

— Хорошо, — сказал он после паузы. — Я этим займусь. Приезжай на такси.

— О'кей! — весело сказал я. — До вечера, папа!

— Где ты? — спросил отец.

— О! Я тебе все расскажу! Вечером.

— Ну, вечером так вечером.

И он дал отбой. Потом я позвонил маме и сказал, что со мной все в порядке. Чтобы она не волновалась. После того как отец меня отругал, я стал к ней более внимателен. Надо учиться на ошибках. Мне ни к чему ссоры с отцом, раз я хочу выиграть эту войну. Мне нужна армия.

Жанровая фотография: Бракосочетание

Я никуда больше не торопился. Правильно сказал Павел Сгорбыш:

— Терпение, сынок, терпение. Главное — это выдержка. Длинная выдержка. Умей терпеливо ждать.

Я все узнаю в свое время. Ситуация должна дозреть. Я позавтракал, потом слонялся по квартире, пробовал читать и даже, найдя вязание, попытался соорудить несколько петель. Чем бы еще заняться? Мне все здесь было забавно. Ее женская жизнь, маленькие тайны, ее духи и личные вещи. Я, не стесняясь, залез в компьютер и прочитал ее почту. Женихов по Интернету Настя не искала. И в приватных комнатах не уединялась. Так, пустяки. Переписка с подругами, с молодыми людьми, которые то звали в кино, то приглашали на вечеринку. Найди я ее дневник, я бы и его прочитал без зазрения совести.