Девушка тихо вздохнула и приоткрыла пухлые губы.

— Гм...

Вероятно, она не знала, что сказать. Или подумала, что он не в себе и может быть опасен. Или, подобно ему, в предчувствии соития утонула в том же омуте страсти. А может, в данном случае имело место сочетание первого, второго и третьего?

Девушка тряхнула волосами. Джей-Ти так хотел их потрогать. Вместо этого, чтобы унять свой зуд, он сунул руку глубже в карман, едва не разорвав его.

— Меня зовут Джей-Ти. Мне тридцать лет. Не сказать, чтобы вел он себя на столько же.

— Тэнзи, — чуть слышно сказала девушка. — Мне двадцать восемь.

Джей-Ти был совершенно беспомощен, поэтому не смог удержаться от улыбки.

— Приятно познакомиться, Тэнзи, — сказал он.

— Мне тоже. — Ее глаза резко двинулись к его поясу, и она облизнула губы.

Сквозь Джей-Ти устремился поток тепла. Зачем она снова и снова облизывает и без того уже влажные губы? Она не отдает себе отчет в том, что делает?

— Вы работаете на стройке? Занимаетесь реконструкцией на объекте у Дилларда? А я там работаю в секции женской одежды.

Он работает на стройке? Джей-Ти даже не сразу вспомнил, где он работает. — Да. Девушка подняла руку, небрежно показывая на его пояс.

— Симпатичный инструмент, — сказала она с чуть заметной надменной ухмылкой.

Джей-Ти не сдержался и прыснул от смеха. Вряд ли она имела в виду торцовый гаечный ключ Стэнли. Но убеждать свое тело, его энергичную нижнюю половину в том, что Тэнзи ему не подходит, он, похоже, не собирался. И ясная цель, с которой связывалось его будущее, отпала. Окончательно и бесповоротно. Его тело просто жаждало знать, понравится ли девушке демонстрация его бурава.

Тэнзи прислушалась к пронесшемуся над ней раскатистому хохоту. Интересно, если она прямо сейчас упадет в обморок от неподдельного восхищения, Джей-Ти подхватит ее на руки? Он был просто неотразим, с его твердым подбородком и голубыми глазами, которые, казалось, охватывали ее целиком, беря под стражу.

Стоять так близко к нему и впрямь было небезопасно. Это ведь только вопрос времени. Хорошо бы успел сработать контроль, прежде чем она себя опозорит, вцепившись в парня и расцарапав ногтями его грудь.

Подобная мерзкая сцена разыгралась шесть месяцев назад. Там были Билл, еще одна женщина и ноль одежды. Ужасно сознавать, что, воображая себя знатоком людей, на самом деле ты оказываешься никудышным судьей.

С тех пор как Тэнзи оставила колледж, в ее жизни было двое мужчин, на которых она остановила свой выбор. По части секса, как у одного, так и у другого, все было по высшему классу, а что касалось обязательств, здесь все обстояло наоборот. Оба считали, что им позволено пить еще из другого фонтанчика, в то время как она по-прежнему довольствовалась одним.

Это позорище было все еще свежо в ее памяти.

Но сто восемьдесят дней без секса — большой срок.

В крытой галерее было жарко и душно. Воздух сделался спертым, так как для борьбы с февральским ознобом использовался мощный тепловой наддув. Тэнзи вся пылала под своим свитером.

И оттого, что Джей-Ти ей улыбнулся, было ничуть не легче.

— Спасибо, — сказал он. — Я пользуюсь только лучшими инструментами.

Тэнзи не думала, что кто-то из них ведет речь о гаечном ключе или молотке. Ей вдруг пришло в голову, что, возможно, это просто выше ее понимания, но она не признавала случайного секса. И она никогда не понимала мужчин, которые его ищут.

Несмотря на ее плохой вкус, что было совершенно очевидно, и ее иступленные плотские позывы, у нее никогда не было случайных связей. Она всегда была сторонницей моногамных отношений. Глупая! Ее партнеры, как выяснилось, придерживались других убеждений. Постепенно до нее начинало доходить, что большинство мужчин под моногамией понимают собственные инициалы, вышитые на полотенце.