- Вы пожалеете о своих шуточках насчет моей охотничьей сноровки, сэр, когда я поужинаю сегодня кроликом, а вы останетесь с носом.

- Вот как. Но, раз уж вы берете пленных, в ваших интересах хорошо их кормить, - увидев, что ее брови медленно ползут вверх, Хьюго, не сдержавшись, усмехнулся. – И укладывать спать в уютную постель.

На губах девушки заиграло подобие улыбки.

- О, не волнуйтесь, вас ждет прекрасное ложе, сэр, - заверила она его. – Разделите его с лошадьми, в стойле.

Хьюго широко улыбнулся в ответ.

- С вашего позволения, я предпочел бы держаться от них в стороне.

Финнула лишь покачала головой, неудержимо напоминая Хьюго ту дочь султана, что подарила ему шарф с изумрудом. Ее движения были так же грациозны и изящны. Да и сама она была красавицей… Но лука у нее определенно не было.

Аккуратно опустив ее рубашку, Хьюго задумался. Девушка согласилась, чтобы он осмотрел ее, но удастся ли ему уговорить ее принять что-то, что могло бы облегчить боль?

- У меня в дорожной сумке есть маковая настойка, - безо всяких хождений вокруг да около сказал он. – Пара капель унимет боль. Быть может, вы выпьете немного?

Финнула окинула его недоверчивым взглядом.

- Вы принимаете меня за дурочку? Я знакома с женщинами, выпившими «пару капель» этой настойки, а потом не помнивших, что делали в последние двадцать четыре часа. При этом вся деревня знала, что минувшей ночью такая дама могла голышом прыгать в колодец.

Хьюго прекрасно знал, что в появлении этого синяка виноват он. Ему нравилась идея напоить Финнулу, но не мог же он себе позволить еще и поставить ее в такое положение. К тому же, у нее ведь есть брат, о котором нельзя было забывать.

- Нет, - легко улыбнулся он, - я бы и не дал вам выпить столь. Лишь немного, чтобы снять боль.

Она ему не доверяла, и это было ясно, как день, но какой выбор был у девушки, оказавшейся так далеко от дома, да еще и пострадавшей? Хьюго даже рассердился на этого неизвестного Роберта, который совсем, видно, не обращал внимания на своих сестер и позволял им гулять по деревням, одеваться в мужское платье и при этом быть совершенно беззащитными. Он обязательно поговорит по душам с этим Робертом Крейсом, как только вернется домой. Пожалуй, надо открыть ему глаза на то, что происходит у него в семье.

Неожиданно Финнула согласилась принять лекарство, чтобы «он, наконец, заткнулся». Проглотив ядовитый ответ, Хьюго подозвал своего скакуна и снял с седла дорожную сумку, а затем, попросив Финнулу открыть рот, уронил ровно две капли настойки на ее язычок. Поначалу она явно не была впечатлена, но уже спустя пару минут, ей очевидно стало легче.

- Солнце уже садится, - по-деловому заговорила она, - нам нужно проделать долгий путь, если мы хотим добраться до Стивенсгейта к завтрашней ночи.

- А что же, - серьезно спросил Хьюго, - нас ждет в Стивенсгейте?

- Ну почему! – простонала Финнула. – В Стивенсгейте я живу, - неохотно пояснила она. – Я должна привести тебя к Меллане.

- К Меллане? И кто же эта Меллана, в руках которой моя судьба?

- Одна из моих сестер. Ей я дала слово, что возьму в плен мужчину, за которого она сможет потребовать выкуп…

Этим ответом рыцарь был слегка разочарован.

- Значит, потребовать за меня выкуп было не вашим желанием?

Девушка издала звук, выражающий откровенную неприязнь к этой затее, затем сморщила нос.

- Разумеется, нет! – эти слова были произнесены так, точно мужчина оскорбил ее этим предположением. – Если мне нужны деньги, я добываю их более разумным путем.

В ответ на вопросительный взгляд Хьюго она пожала плечами.

- Обычно я пристреливаю оленя-другого, затем продаю в местном трактире. Там всегда нужно свежее мясо, а в лесах графа его бегает полным-полно, - она взглянула на него, ее глаза так и распахнулись.