Кристоф изучал меня. Я не привыкла, когда кто-то находился так близко, или смотрел в глаза так, будто хотел прочитать морщинки на мозге. Плюс, он, вероятно, был не доволен мной. Мне не требовались подсказки дара, чтобы сказать это.

Я инстинктивно скользнула влево, желая уйти, но его рука метнулась вперед и оперлась о стену рядом с моим плечом. Его вторая рука сделала то же самое, и теперь я практически находилась в его руках.

Подождите, разве он не рассержен на меня? Я застыла, пытаясь думать о том, что делать дальше. Ничего хорошего. Тело гудело, как громоотвод. Мозг был заблокирован чем-то нереальным.

— Думаю, нам следует поговорить, — трансформация быстро скользнула по нему, его клыки выглянули из-под верхней губы, остановились и отступили.

— Хм, — был мой глубокий ответ. — Э-э, Кристоф... — Господи! Неужели он должен был следовать за мной повсюду?

— Я непонятно изъяснялся? — говорил он спокойно, как будто просил у меня чашку кофе.

Что?

— Э-э, что? Слушай, Кристоф, я...

Он наклонился вперед еще больше, и его нос коснулся моих волос. Он глубоко вдохнул, и поток, который прошелся по мне, был невероятно горячим, и я поразилась, что одежда не начала дымиться. Запах яблочного пирога обернулся вокруг меня, и мне стало интересно, был ли этот запах из-за того, что он пил человеческую кровь.

Мои собственные зубы дрожали вплоть до корней из-за этой мысли. Жажда крови нелегко перевернулась в костях.

О, Боже!

Когда он говорил, теплое дыхание щекотало мои волосы и касалось уха.

— Я непонятно изъяснялся по поводу своих чувств?

Какого черта? Я едва ли могла дышать. Плащ Грейвс был слишком большим, но внезапно он чувствовался тяжелым и неудобным.

— Я, эм. Я... Кристоф, что?

— Пташка моя, — его правая рука скользнула с моего плеча вдоль плаща Грейвса, и он касался моих волос, а также дышал в ухо. Вся кровь бросилась в голову и издала звук, похожий на пульсирование статики. — Я не давлю на тебя, и я не лезу не в свои дела. Все, чего я прошу, это немного внимания.

Мой мозг заклинило. Внимание? Он все время был рядом. На кого еще я обращала внимание?

— Что?

Он снова вдохнул. Он нюхал мои волосы. Черт!

О, вау! Это было намного интенсивнее, чем целовать его. Это отчасти... произошло. Я могла бы сказать, что позволила ему делать это, но на самом деле это была не я.

Это что-то другое. Потому что от него пахло очень хорошо: мужчиной, пряностями и золотистым ароматом яблочного пирога — все смешалось, и в горле почти проснулась жажда крови. Она не посылала стеклянную дрожь через меня, и она не заставляла меня хотеть пить. Она заставила мою кожу чувствовать слишком маленькой, а меня — беспокойно двигаться. Но не убежать.

Я точно не хотела убегать.

Это настолько отличалось от всего, что я когда-либо делала. То есть мимолетно встречаться в комнате группы с в меру милым парнем — это одно, потому что я знала, что так или иначе уеду через несколько недель. Я не впутывалась ни во что в шестнадцати штатах, но экспериментировала.

Плащ Грейвса издал звук, касаясь стены, когда я двинулась, останавливаясь возле другой руки Кристофа.

Грейвс... он отступил, когда пришло время стать, так сказать, немного ближе. Если бы он точно также носился со мной, я бы...

Что? Что бы я сделала? Было так тяжело думать, когда Кристоф находился так близко. Особенно, когда он полностью наклонился, прижимаясь ко мне.

Это было... прекрасно. Как будто весь мир отгородился, и был только он. Как будто он был стеной, которая находилась между мной и всем, что случилось, начиная с ночи, когда папа не вернулся домой. Я могла расслабиться: побыть открытыми пальцами, а не сжатым кулаком. Я могла позволить небольшой части себя уйти, потому что он был там.