Хэнк был преуспевающим торговцем. Он обожал Молли и, видимо, рассчитывал на взаимность, хотя до сих пор не очень-то преуспел. По дороге он толковал о торговых делах, нахваливая себя, но она помалкивала и сегодня была совершенно неузнаваемой.

— С тобой никогда не знаешь, как себя вести, — печально заключил молодой человек. — И о чем ты только думаешь?

А думала она о том, как часто кто-нибудь подвозил ее после вечеринки, и как ей всегда не хотелось возвращаться в чужой для нее дом тетки. Сегодня все было по-другому. Она сказала, где свернуть с шоссе, и въезд в ворота на участок дал ей ощущение прибытия домой.

Увидев особняк, Хэнк присвистнул — строение действительно было впечатляющим. Несколько секунд Молли сидела, испытывая непривычное чувство приязни к этому дому, и автомобильный сигнал разорвал тишину подобно полицейской сирене. Молли подскочила от неожиданности.

— Очнулась? — спросил Хэнк. В доме горели огни, и он заметил: — Твой парень, похоже, бдит! С нетерпением ждет твоего возвращения.

— Заткнись, — прошипела Молли и вылезла из машины, лихорадочно роясь в сумочке в поисках ключа. — Если мне удастся тихо открыть дверь, — вздохнула она, — мой парень не доставит тебе никаких забот!

Прежде чем Хэнк успел что-нибудь сказать, она уже была у парадной двери, и ему хватило ума понять, что надо уезжать — сегодня у него с Молли ничего не выйдет.

Ключ легко повернулся в замке, в доме было тихо. Грегори, конечно, бодрствовал. Она знала это еще до того, как попыталась прошмыгнуть к лестнице мимо открытой двери его кабинета. Он сидел за своим столом, перед ним лежали бумаги, а под рукой стояла чашка кофе. Она отчетливо увидела все это на мгновение раньше, чем он повернулся и сказал:

— Шумноваты ваши приятели!

— Извините, — смущенно пробормотала полуночница.

Она поспешила наверх, но тут на площадку, спросонок путаясь в халате, выскочила встревоженная Дороти.

— Что случилось? Пожар?

Конечно, во сне любому могло показаться, что прозвучала пожарная сирена.

— Да ничего особенного, — успокоила служанку Молли. — Приятель подвозил меня и случайно нажал на кнопку сигнала.

Женщина фыркнула и с треском захлопнула за собой дверь спальни.

Молли хорошо выспалась и утром была полна энергии. Уилфилд оставил Дороти распоряжение, чтобы сегодня тетушку попридержали дома. Он не видел Молли, так как уходил рано, и, видимо, не совсем доверяя ей, обратился к служанке. Так или иначе, но обязанность охранять покой Кэрол была возложена на Дороти.

Миссис Хартли и Молли позавтракали вместе. Потом разобрали почту и просмотрели газеты, привели в порядок бюро, выкинув половину бумаг. Кэрол продиктовала несколько писем и пометила себе — попросить Грегори купить пишущую машинку. После ланча она отдохнула часок и решила, что вполне в состоянии выдержать автомобильную прогулку по окрестностям, и стала подкатываться к Дороти:

— Приятная прогулка — никаких волнений, только смена декораций! Мы и близко не подъедем к городу, я не буду выходить из машины, и мы вернемся не позже половины седьмого.

Служанка тяжело вздохнула и безнадежно махнула рукой:

— Ну что с вами сделаешь! Смотрите, если не вернетесь вовремя!

Молли нравились такие прогулки, и эта была как раз той, что не утомляла старую женщину, — свободное кружение по парковым зонам предместий Милуоки, через кварталы загородных особняков на берегу Мичигана. По радио тихо играла музыка, и между спутницами царило уютное молчание, как будто они знали друг друга многие годы.