Валера повернул голову направо. Старушки не было. На полу валялись несколько огурцов, но ведер не осталось. Обернулся назад, никого. Кажется, попутчики решили оставить его в машине. «Заслуженная благодарность» — иронично подумал Валера.

Он отстегнул ремень и попробовал дотянуться рукой до кармана в сиденье за ним, чтобы достать бутылку воды. Ее там не оказалось. Он осмотрел пол. Грязная бутылка лежала на полу за сиденьем переднего пассажира. Валера взял ее в руки, свинтил пробку и обильно прополоскал рот. Грязную воду сплюнул себе под ноги, а потом сделал жадный глоток. Организм высох, пока он находился в бессознательном состоянии.

Валере стало интересно узнать, сколько времени он провел в забытьи. Поискал свой телефон и не нашел. Посмотрел на наручные часы. Не прошло и получаса, а у него возникло такое чувство, будто прошло полдня. Мир за разбитым окном выглядел непривычно сумрачным. Валера посмотрел на солнце. Оно было вверху, но цвет его казался нереально оранжевым, будто кто-то подправил ему оттенок, раскрасив диск охрой.

Валера выбил плечом подклинившую дверь и выбрался наружу. Он не узнавал мир. Немного сбоившее после сотрясения сознание с трудом переваривало все, что случилось за мгновение до того, как оно отключилось. Валера напряг память. Она подкинула ему картинку вздымающейся земли с дачными домиками. Валера все вспомнил.

Это было какое-то мегаземлетрясение, совершенно невообразимое по разрушительной силе. Он посмотрел в сторону города и не увидел знакомых многоэтажек. Его словно пронзила молния.

— Ольга! Агата! — Валера заметался возле машины.

Для езды она больше не годилась. Передняя часть была изрядно смята и испачкана в антифризе. Колесо с его стороны вывернуло от удара. Валера взял недопитую бутылку воды, аптечку и побежал в сторону города.

Страшные разрушения повсюду рисовали ему самые трагические картины гибели семьи. Он гнал их от себя, но они упорно лезли в голову. Ему дважды пришлось уходить с дороги, чтобы миновать оставшиеся после землетрясения огромные овраги. Но когда он увидел настоящую бездонную расщелину, противоположный берег которой находился километре от него, тогда до него дошла настоящий масштаб катастрофы.

Расщелина шла почти параллельно дороге в город, и это было замечательно, потому что в длину края ее не было видно. Валере попались первые люди, двигающиеся в город. На лице каждого из них читался неподдельный ужас, многие шли с потерянным взглядом, словно на автомате. Догнал он и своих попутчиков, побросавших ведра с дачным урожаем.

— Живой, — удивился дед, увидев Валеру.

— Ой, а мы решили, что вы убились. Вы были в крови, — виновато призналась одна из попутчиц.

— Спасибо, что не стали проверять, — Валера не стал останавливаться и побежал дальше.

Все, что он хотел, это добежать до дома. Об остальном он не хотел думать. Запрещал самому себе, отсекая дурные тяжелые мысли в самом начале. Мимо проскочил мотоциклист на старом Иже с коляской. Мотоцикл прыгал по ухабам разбитой дороги, но не сбавлял скорости. Мотоциклист ехал один и не брал попутчиков. На таком транспорте Валера добрался бы до дома намного быстрее, но сейчас никому не было дела до судьбы остальных. Страшная беда гнала всех туда, где остались родные.

Валера остановился. В боку закололо из-за непривычной нагрузки. Он отдышался и снова побежал. Вдруг, прямо перед ним, метрах в ста в расщелину без всякого предварительного предупреждения сполз и глухо отправился на ее дно кусок земли вместе с дорогой, на которой были люди. Поднялся крик. Люди бросились прочь от расщелины. Валера последовал их примеру.

Страшный момент гибели людей пронял его. В организм выбросился адреналин, добавивший сил.