– Я не совсем понимаю, к чему ваш вопрос, – тихо ответил Поклонский и уже собрался было продолжать, когда Филонов вылез снова.

– Вы так рассуждаете о женщинах, как будто они – вершина мироздания.

Филонов усмехнулся и огляделся в поисках поддержки. Парочка его друзей издали звук, похожий на приглушенный гогот.

– А вы так не считаете, Филонов?

– Я так не считаю. Без мужчин женщины бы не выжили. Это очевидный факт.

– И наоборот тоже!

Мамочки, неужели этот голос принадлежит мне? Зачем я вообще вступила в этот диспут?

– И наоборот тоже, вы правы, Иванова, – ободряюще кивнул мне Поклонский.

– Хотя, я много думала об этом тоже. – Обращение профессора напрямую ко мне придало сил и уверенности. – Вот взять хотя бы современную науку. Например, клонирование уже давно исследуется и даже достигло определенных успехов. Женщины ведь могут вынашивать клонов и таким образом выживут, если вдруг мужчины исчезнут.

Конечно, этого бы мне очень не хотелось. Представить, что профессор перестанет существовать как вид…

– О! Кто то пересмотрел сериалов!

Филонов поднялся и исполнил короткий танец живота, но Поклонский его не одернул. Он смотрел на меня.

– Вы интересуетесь клонированием, Дарья? – спросил он тихо.

– Она интересуется вами!

Сволочь Филонов! Я покраснела, профессор кашлянул. Убить бы этого выскочку с третьей парты и закопать поглубже! И меня ведь оправдают.

– Интересуюсь, – ответила я хриплым голосом. – Например, клонирование органов распространенная мировая практика, которая спасла сотни жизней. Хотя, я сомневаюсь, что наука всесильна. Вот Филонову бы точно не помог новый мозг.

Аудиторию огласил взрыв хохота, на красивых губах Альберта Венедиктовича появилась улыбка. Люда толкнула меня плечом, видимо, высказывая этим свое одобрение. Но насладиться тем, что профессор обратил на меня внимание, мне не удалось. Лекция завершилась и студенты потянулись к выходу из аудитории.

А я шла в числе последних и чувствовала на себе пристальный взгляд Поклонского. Неужели для того, чтобы стать для него хоть немного интересной, нужно было всего лишь блеснуть общеизвестными познаниями?

Чудеса!

– Мне кажется, ты с ним слишком… ну не знаю, скромная, что ли, – высказала свое мнение Люда, когда мы уселись вечером в баре.

Алкоголь я употребляла не слишком часто, и когда это все же происходило, старалась пить по минимуму. Вот и сейчас взяла себе бокал белого вина под порцию кальмаров в кляре.

– Ты считаешь, что я должна напрыгнуть на профессора и заявить ему, что я готова на все? – вскинула я бровь.

– Совсем необязательно! – вступила в разговор Таня. – Достаточно просто с ним пофлиртовать.

– На лекциях?

– Зачем на лекциях? После!

Я отпила глоток вина и представила, как флиртую с Поклонским. Мамочки! Да Таня, должно быть, шутила, если считала, что я буду способна выдавить из себя хоть слово, оставшись наедине с Альбертом Венедиктовичем. Он ведь был такой… погруженный в себя и в науку. Но это было мне даже на руку – миллион девиц, крутившихся возле него, уж точно ничего бы не получили. И я в их числе. Мда, досадно.

– Венику точно понравится, если ты заговоришь с ним о науке, – со знанием дела выступила Люда.

– Перестань называть его так! – огрызнулась я. Терпеть не могла, когда кто бы то ни было отзывался о профессоре в таком ключе.

– Молчу я! Но и ты пойми – мы предлагаем это только на благо тебе.

Предлагают они… Я вздохнула и отпила еще глоток вина. То, что действовало на других мужчин, совсем не срабатывало с Поклонским. Хотя, надо было признаться самой себе – я толком не попробовала ни одного метода обольщения.