Хрустело стекло под ногами. Улицы вымерли.

Мы не могли понять, что же происходит?

Глава двадцать четвертая

- Что же происходит?! - спросил Сергеи Ильич у своего брата, сидевшего напротив него в кресле.

- Ситуация несколько вышла из-под контроля, - спокойно ответил тот. Из-под твоего контроля.

- Это как прикажешь понимать? - спросил хозяин кабинета.

- Мы просто немного видоизменили, откорректировали первоначальную схему, нам она показалась несколько недодуманной и не очень изящной, глядя ему в глаза говорил брат. - Нас не устраивает власть военных. Министр обороны - законченный пьяница и дурак. Ты - психически неуравновешенный тип, тебе лечиться надо, а не государством управлять. Да и масштаб мышления у тебя не государственный, не андроповский. Да и вообще, КГБ, пускай и под другим названием, никогда не будет популярно.

- Ты что?! - взревел Сергей Ильич. - Охренел?!

- Отнюдь! - холодно улыбнулся Иван Ильич.

В это время зазвонил один из телефонов.

Сергей Ильич хотел снять трубку, но его остановил брат:

- Это меня, - и, не дожидаясь согласия, снял трубку.

Он ничего не говорил в нее. Он только слушал. Положив трубку, сказал брату:

- Только что, во время ареста, застрелился министр обороны. Войскам дан приказ выйти из города и отвести танки.

- И что будет с городом - восстание?!

- Какое восстание? Все восстания уже произошли. Восстание побило другое восстание, а это восстание раздавила гусеницами танков армия, а теперь два генерала в отставке, весьма популярные в народе, возглавили десантные части, взяли под контроль все важнейшие стратегические точки, в том числе и банк. В город, для обеспечения спокойствия и гарантий конституции, входит южная армия, которую некогда возглавлял один из генералов, армия, имеющая боевой опыт.

- Ты что это затеял?

- Это не я, это ты затеял. А мы только прекратили, вот и все. Военный переворот не состоялся, гарантами правопорядка станут спасители нации. Во имя прекращения беспорядков объявлено военное положение и введен комендантский час. Особый режим. Полная цензура печати. Мародеров расстреливают на месте. Порядок железный...

- Да это же - клоунада!

Иван Ильич только рукой махнул на брата. Подошел к двери и скомандовал:

- Генерал устал. Проводите его на закрытую дачу, пускай отдыхает. Да охрану поставьте понадежнее - пускай хорошенько отдыхает...

Глава двадцать пятая

Когда мы добрались до дома, откуда нас пару часов назад провожали, мы застали там Нинель и Лену, сидевших на диване в обнимку, заплаканных и расстроенных.

Оказалось, что они все время смотрели телевизор, и где-то в хронике показали несколько раз подряд двор, где лежали наши друзья.

Лена узнала Ванечку по костюму.

А по так и не выключенному телевизору, выступал известный всей России Генерал:

- Президент наш был старенький, не выдержал, дедушка, я же предупреждал. Теперь, что мы имеем? Теперь мы имеем порядок. Теперь я пришел. Я буду краток: воров - стрелять. Теперь будет так. Чего с судами возиться? Украл - отвечай тут же. Чтобы был порядок. А порядок люди хотят. Устали люди бояться. Дадим порядок. Комендантский час. Мародеров - стрелять на месте. Со всеми прочими - разберемся. Враги народа будут судимы. Народом, разумеется. Пока мы не разберемся, кто и на чьи денежки работал, прекращен выпуск газет и журналов. Какие будут выходить - мы решим при помощи народа. Пускай народ решает. Потом. А пока пусть будет меньше, да лучше. Главное - порядок. А это я вам обещаю. Потерпите временные неудобства - все уладим.

- В этой стране постоянно только что-то временное, - вздохнул Арнольдик.

В это время в двери позвонили.

Мы с Арнольдиком привычно схватились за оружие.

Оказалось, что приехала мама Леночки и Ванина мама, привезли с собой детей. Им кто-то позвонил и сообщил о горе в их семье.