Я понятия не имел, кто это, но решил прислушаться к совету. В наступившей тишине уже раздавались завывания красных, а значит остальные тоже неподалёку. Сунувшись обратно в салон я подхватил свой автомат и на мгновение замер рассматривая меч, но подумав как следует, всё же решил его бросить.

Автомат вдоль глаз и быстрым шагом за незнакомцем. В это время из подъезда выскочили ещё двое. Вид одного из них говорил о том, что его буквально только что вернули с того света при помощи микса, как собственно и меня только что. Одежда вся в крови, а на уровне живота три небольших отверстия о вошедших туда пуль. В дополнение ко всему бледный вид и остатки болевых ощущений во взгляде.

Первая очередь прозвучала чуть впереди, за завалом, который мы и собирались объехать дворами. И бойцы тут же прибавили в скорости.

Карабкаться по куче битого кирпича, то ещё занятие, а в условиях боя и спешки, вообще может привести к нежелательным переломам. И люди это прекрасно понимали, потому двинулись через окна соседнего здания.

Как только мы вышли с другой стороны, нас встретила ещё тройка бойцов, а заодно и кучка побитых тварей. Две туши уже испускали синий дымок, а мужики планомерно добивали остатки.

Всё таки красные не отличаются большим умом. На повороте уже дымят три туши их сородичей, а они продолжают подставляться под пули.

Краем глаза замечаю движение в окне и вскинув Вал, посылаю в него несколько пуль. Одновременно со мной туда же бьёт и мужик по правую руку.

— Валим, — командует тот, что помог мне выбраться из машины.

Бойцы среагировали мгновенно, без лишних разговоров и вопросов. Прикрывая друг друга быстро втянулись в переулок.

Меня поставили в середину, подбодрив тычком ствола между лопаток. Сомневаюсь, что я в плену, но рисковать и устраивать по этому поводу разборки не стал. Сейчас главное — убраться подальше.

Мы быстрым шагом преодолели двор, выбрались на широкий перекрёсток, где как оказалось ожидали машины. Меня опять подтолкнули к салону одной из них и уже через несколько секунд, диверсионный отряд покинул место схватки.

Ехали так, что направление хрен запомнишь. То дворами, то переулками, ни разу не выехали на прямой участок и через пять минут, я уже не понимал, откуда мы начали свой путь и в каком направлении его продолжаем.

— Пулемёты жалко, — заговорил водитель подпрыгивая на сиденье.

— Срать, шкура дороже, — отмахнулся тот, что сидел рядом со мной сзади.

— Вы кто, ребят? — в очередной раз спросил я, — И что вам от меня нужно?

— Потерпи, Пёс, скоро ты всё узнаешь, — ответил сосед по сиденью и улыбнулся во весь рот.

— Что за ребусы ещё, — пробормотал я, но приставать с распросами не продолжил, сказали скоро, значит подождём.

Машины свернули в сторону Ж/Д вокзала, о чём гласила надпись на фасаде трехэтажного, старинного здания. Через несколько секунд влетели в какой-то склад и заглушили двигатели.

— Выходим, девочки! — весело крикнул водитель из первого УАЗа и его голос отразился эхом от стен и потолка пустого, огромного помещения, — Станция "Петушки", конечная.

— Лысый, ты бы хоть иногда пластинку менял, — отреагировал наш водитель, — Этой шутке уже лет сто.

— Зато она не теряет свой актуальности, — воздел палец вверх тот.

— Рты закрыли! — сухо приказал мужик, что сидел рядом и поднёс рацию к губам — Открывай, прибыли, — затем снова поднял глаза к бойцам и скомандовал, — Тачки отгоните подальше, только нормально, не как в прошлый раз.

От неожиданности я даже присел, когда пол под ногами вдруг дрогнул, а его не слабая часть впереди стала медленно, с гулом уходить вниз, прямо на глазах образуя некую горку-эстакаду, что вела куда-то вниз.