Через полчаса, когда речной, прирученный Никеем и странным парнем, зверь, отплывал от берега, два брата обнялись. Они соперники, да, но никогда зла друг другу не желали, может только в детстве, где подросток живет лишь эмоциями, но в последнее время, братья могли «воевать» только словами.

— Прими дар! — сказал Никей и протянул брату нож.

Это был столовый нож с закруглением, но наставник воинов смог хорошо заточить лезвие и теперь столовый предмет стал не самым эффективным, но оружием.

— Металл? Откуда? — Рыкей был ошарашен и даже опасался брать нож в руки. — И этот монстр тоже металлический. Тебя похитили злые боги и теперь ты их раб?

— Брат, — Никей чуть замялся. — Ты последний мой родственник. Нашего рода нет, но ты его, твои дети, его возродите. Поэтому, ты последний человек, которому я стану вредить. И не раб я богов, хотя мы все подчинены их воле. Я расскажу тебе все, или многое, как своему близкому.

Наставник воинов лукавил, сильно лукавил. Был человек, который для Никея оставался самым близким, несмотря на то, что он не был близок с… ней, с Мерсией. Поэтому он не стал во главе всех воинов Рысей, поэтому он отправился с Севией в племя Огня. Не мог видеть Никей женщину, которая шуткой богой, являлась женой лекса. Он становился слабым при виде Мерсии. И… она просила защитить ее дочь Севию, он и защищал.

На последних мыслях Никея передернуло. Все в общине знали, что отношения Глеба-жреца и Севии перешли все грани, при этом не было обряда, как и разрешения от отца-Хлудвага. Мерсия будет недовольна. Она никогда не любила жрецов и все, что с ними связано, предпочитая доверяться силе воинов. Хлудваг был мощным воином, но Никей свято верил, что Мерсия с лексом по принуждению и нужде сытно есть и тепло одеваться.

— Как… Мерсия? — Никей не хотел задавать этот вопрос, но слова прозвучали непроизвольно.

— Не ту женщину ты выбрал, Никей, — с сожалением сказал Рыкей.

Род Никея и Рыкея постепенно, но умирал. Не было какого-то судьбоносного события, после которого в живых остались бы только два двоюродных брата. То болезни унесли часть рода, то волки напали на селение рода, когда большинство мужчин участвовали в походе лекса. Ну а более всего, род терял в битвах. Мужчины рода были хорошими воинами, именно ими затыкали самые сложные направления экспансии Рысей. Мужчины умирали, их жены уходили в другие рода. И вот остались Рыкей и Никей. Первый брат имел двух жен, именно на него и возлагалась надежда на возрождение рода. А Никей… не везло мужчине с женщинами, особенно после того, как он полюбил жену лекса Хлудвага.

— У меня есть решение лекса… Я должен, — с сожалением сказал Рыкей.

— Будет много крови, брат. Мне придется с тобой драться, — с не меньшей грустью отвечал Никей. — Так и наш род прервется и люди умрут.

— Уйди от извергов! Будь рядом со мной! — с надеждой в голосе предложил Рыкей.

Никей смотрел на своего брата и искал слова, которые могли бы убедить родственника. Что такое долг, Рыкей знал, он всегда следовал своим клятвам. Ну а подарок? Только из-за сомнений и, вероятно, подарка главному среди старших воинов, и состоялся этот разговор, ну и немного потому, что Рыкей испугался гнева богов, которые вмешались в дела людей и дали Никею и его сопровождающему страшного зверя, что мог существовать только в божественном бестиарии.

— Я прямо сейчас потоплю твоих воинов! — пригрозил Никей, на самом деле не желавший этого.

— Такова судьба воина — погибнуть. И ты это знаешь не хуже меня, — отвечал Рыкей, судорожно размышлявший, как выпутаться из сложившихся обстоятельств.

Братья замолчали. Они смотрели друг на друга и думали, что делать. Рыкей мог довериться брату, он даже хотел это сделать, но семья главного воина осталась в селении Рысей, рядом с лексом.