Они прошли еще несколько шагов, и Стив сказал:

— Я прекрасно понимаю, что все это чушь…

— Чушь? Но я сама ищу главный передатчик и по тем же причинам. Так что ты на верном пути…

— Я быстро обучаюсь, — усмехнулся Стив, чувствуя себя польщенным. — Похоже, он в мастерской Сеффа. На днях я зашел туда с Боукером. Они меня не выгнали, но передатчика я не обнаружил. Наверно, он где-то спрятан.

— Я тоже заходила, — кивнула Модести. — С Люцифером. На несколько минут.

— Ничего не увидела?

— Передатчик не увидела. Но есть и приятные новости.

Он вопросительно посмотрел на нее, а она опустилась на землю, жестом указывая на место подле себя.

— Я проделала брешь в решетке на окне, — сказала она, глядя на бухту. — Теперь твои черед, Стив. Если будешь работать по два часа каждую ночь, то за десять дней все сделаешь.

— Чем, зубами?

— Внизу, — тихо сказала она.

Он опустил взгляд. Возле ее руки он увидел небольшую слесарную пилку.

— Я стащила ее в мастерской Сеффа, а он не заметил пропажи. Спрячь сейчас под рубашку, а потом, когда будешь один у себя в комнате, перепрячешь.

Понимая, что неподалеку маячат охранники, Стив словно невзначай накрыл пилку рукой. Потом он сунул руку под рубашку, почесал бок и только тогда спрятал пилку.

— Начнешь пилить сверху снаружи, — поучала Модести. — Когда заканчиваешь, заделывай распилы слюной и пылью.

— Значит, сверху?

— Да, прутья длинные, и потому удобно их сгибать, когда верх будет надпилен. Когда будешь готов, скажешь мне. Я проберусь к тебе.

— Как?

— От Люцифера. Я проделала отверстие в окне ванной. Выберусь оттуда на крышу и потом к твоему окну. Я все рассчитала.

— Мне понадобится именно десять дней?

— Примерно. Поскольку охранник спит у твоей двери, не надо особенно шуметь. Чтобы ножовка поменьше скрежетала, возьми масла у Гарсиа — он держит жестянку у себя в хижине. И когда будешь пилить, не очень нажимай на ножовку. Прутья не из самой прочной стали. Договорились?

— Договорились. — Стив почувствовал, что у него пересохло во рту, и сказал: — Мои слюнные железы что-то плохо работают, и потому со слюной могут возникнуть перебои. Но приятно сознавать, что прутья сделаны не из бериллия.

— Скоро половина десятого по местному времени, мистер Далл — сказал первый помощник. — Подходим к месту.

— Ясно. Тогда вперед.

В темноте задвигались фигуры, загудел вспомогательный двигатель, и стрела подъемного устройства бесшумно повернулась. Над морем повис грушевидный контейнер, а затем стал опускаться вниз, к темной поверхности моря.

Грузовое судно «Самарканд» водоизмещением десять тысяч тонн принадлежало пароходству «Крессет», входившему в империю Далла. Вообще-то ему полагалось сейчас следовать в Сан-Франциско, но в Иокогаме капитан получил дополнительные инструкции. Там на борт корабля поднялись новые пассажиры, в том числе светловолосый англичанин по имени Вилли Гарвин и пилот гидросамолета «Бивер», стоявшего теперь в импровизированном ангаре в средней части корабля. Появился там и Джон Далл, а с ним с десяток крепких и уверенных парней.

Капитан «Самарканда» воевал на Тихом океане во время второй мировой, а затем принимал участие в высадке десанта в годы корейской войны. Он немного разбирался в таких делах и готов был побиться об заклад, что на «Самарканд» пожаловали бывшие морские пехотинцы.

В корабельном арсенале «Самарканда» теперь имелось оружие, и среди членов экипажа ходили разные слухи.