– Тебе просили передать. – Она протянула Эмме коробочку фирменного голубого цвета Tiffany. На крышке была маленькая записка: «ДЛЯ САТТОН».

Эмма изумленно уставилась на странную коробочку, она даже боялась к ней прикоснуться.

– От кого это?

Девушка пожала плечами.

– Курьер только что оставил на ресепшен. Твои подруги сказали, что ты здесь.

Эмма нерешительно взяла подарок, а девушка повернулась и вышла из туалета. Под крышкой оказалась бархатная коробочка для ювелирных украшений. В голове у Эммы вихрем пронеслись самые разные предположения. Даже мелькнула надежда: а вдруг это от Итана? Или, что казалось еще более нелепым: может, это Гаррет пытается снова ее завоевать?

Коробочка открылась, скрипнув. Внутри поблескивала серебряная подвеска в форме паровоза.

Эмма погладила ее пальцами. Из бархатного мешочка торчал уголок бумаги. Она осторожно извлекла крошечный свернутый свиток и прочла строчки, написанные печатными буквами.

КОМУ-ТО, МОЖЕТ, И НЕ ХОЧЕТСЯ ВСПОМИНАТЬ РОЗЫГРЫШ С ПОЕЗДОМ, НО В МОЕЙ ПАМЯТИ ЭТО ОСТАНЕТСЯ НАВСЕГДА. СПАСИБО!

Эмма засунула записку обратно в коробку и захлопнула крышку. Розыгрыш с поездом. Прошлой ночью, случайно оказавшись у компьютера в спальне Лорел, она судорожно просмотрела не меньше полусотни розыгрышей из папки «Игра в ложь». Но ни в одном из них не фигурировал поезд.

Подвеска-паровоз запечатлелась в моей памяти, и вдруг возникло какое-то смутное видение. Издалека донесся свисток поезда. Пронзительный крик, водоворот огней. Что это… неужели мы?..

Но воспоминания умчались прочь так же быстро, как и налетели.

Место преступления – Тусон

– Не возражаешь, если я не буду включать свет? – Итан указал рукой на автомат, куда нужно было бросать монетки, чтобы включились гигантские прожекторы.

Эмма кивнула, сердце забилось быстрее. Побыть наедине с Итаном, да еще в темноте – это ли не счастье?

– Так что это за розыгрыш с поездом? – спросил он, возвращаясь к той эсэмэске, которую отправила ему Эмма несколько часов назад. Теннисный корт стал для них местом встречи, их маленьким мирком, куда не хотелось пускать посторонних.

Эмма протянула ему серебряную подвеску.

– Кто-то оставил это для Саттон в загородном клубе. Там еще была записка. – Она дрожала, пересказывая ее содержание.

Где-то вдалеке взревел мотоцикл. Итан повертел в руках подвеску.

– Эмма, я ничего не знаю про поезд.

Она чуть не заплакала, когда Итан назвал ее настоящим именем. Она испытала невероятное облегчение, но в то же время почувствовала опасность. Убийца велел помалкивать, а она нарушила его условие.

– Но, похоже, тот, кто подарил тебе это, участвовал в розыгрыше, – продолжил Итан, – или стал его жертвой.

Эмма кивнула.

Они помолчали, прислушиваясь к ударам одинокого баскетбольного мяча, доносившимся с дальнего корта. Эмма полезла в карман. – Мне нужно показать тебе кое-что. – Она протянула ему свой айфон и почувствовала легкое волнение, когда их пальцы соприкоснулись. Итан ей очень нравился.

Должна признать, Итан хорош собой – есть что-то особенное в его небрежном облике, мрачной задумчивости и загадочности. Мне нравилось наблюдать за тем, как моя сестра в него влюбляется. Как ни странно, нас это сближало, и, будь я жива, мы бы вместе переживали эйфорию зарождающегося чувства.

Эмма откашлялась, пока Итан просматривал загруженную в память айфона страницу.

– Это список всех, кто так или иначе участвовал в жизни Саттон, – объяснила она и торопливо продолжила. – Я прочесала все: страничку Саттон в Facebook, ее телефон, электронную почту.