И вот поем мы в унисон,

Друг другу скромно улыбаясь,

А, может, это просто сон,

И скрипнут двери открываясь.

А ты исчезнешь в полумраке

И мягко тронется вагон,

И нету сил, как после драки,

В твоей груди зажечь огонь.

Идет вагон к тебе навстречу,

В поселке круглая земля,

И завтра утром тебя встречу,

Скажу, ну, здравствуй – это я!

Я не такой большой подарок,

Я весь такой, какой я есть,

Не молод, но гляжусь не старо

И сединой могу блестеть.

Моя улыбка много скажет

О том, что видел и узнал,

Как мы летели на форсаже,

Как я держал в руках штурвал.

Все это было в прошлом веке,

Я человек совсем земной,

А ты не станешь птичкой в клетке,

Ты будешь счастлива со мной.

Зимние пчелы

Мороз наводит дрёму,

Обед уже прошёл,

И мчится по позёму

Рой белых зимних пчёл.

Онив полях без края

Готовят дикий мёд,

Хранят его до мая,

Упрятав в чистый лёд.

Иду навстречу пчёлам,

Раскрыв совсем пальто,

В сознании весёлом

С букетиком цветов.

Ко мне слетелась стая,

Кружилась у лица,

В руках тихонько тая

Шла девушка-Метелица.

Дарю тебе светелку,

Дарю и снежный дом,

Что первый по поселку,

Покрашу серебром

Без жалости и меры

Одежду и глаза,

Нельзя тебе без веры,

Отрезан путь назад.

Толкали пчелки в спину

И снился милый рай,

Я взгляд на небо вскинул,

Увидел леса край.

Дорога

В дороге длинной на телеге

По степи вольной без краев

Приходят мысли о побеге

В страну поющих соловьев

На ветках призрачных растений

В тени под вечер у ручья,

Когда длиннее станут тени,

Тогда к тебе приеду я.

Я в поле катаюсь, по полю качусь

Я в поле катаюсь, по полю качусь,

Я жизни не знаю, у жизни учусь.

Был дан мне учитель – суровый тиран,

Железное сердце и тысяча ран.

Его воспитатель – монах иезуит

Учил зажигать, что легко возгорит.

И мой воспитатель считал, что добро

Откроет мне в жизни немало дорог.

Я дрался за жизнь и ее воспевал,

За здравье ее поднимал я бокал.

Вот время прошло, надоела война,

Повесил я шашку на гвоздь у окна.

Не верю, что долго продолжится мир,

Трясется земля от воинственных игр.

Война нам в привычку, агрессор известен,

Добавились к ним и герои из песен

О том, что республик союз нерушимый

Распался потом на тринадцать режимов.

И каждый режим словно враг альма-матер,

Враждебность зависит от уровня платы.

Вернулись они в свою гущу веков,

Почувствовать прелесть своих языков.

Распаду союза безмерно все рады,

Особенно люди в украинской Раде.

Прибалты не любят славян, азиатов

И им не дают ни литов, ни латов.

И все азиаты не любят славян,

При встрече не хочешь, а будешь ты пьян.

И все азиаты не любят друг друга,

Тимур был один и чья же подруга

Начало дала азиатским народам,

Гулявшим уныло по пыльным дорогам.