Жил он все это время за городом, километрах в пятидесяти, в богом забытой, обреченной на вымирание деревушке со смешным названием Пригорок. Место было голое, сухое, бесплодное и, несмотря на близость к Москве, настолько труднодоступное, что его обходили стороной даже вездесущие дачники. Именно здесь, продав квартиру, Адреналин за бесценок приобрел большой, в меру гнилой, находящийся на полпути к полному разрушению деревянный дом с хронически подтекающей крышей. Здесь он и поселился – жил, спал на шаткой кровати с ржавой панцирной сеткой, топил обломками гнилого завалившегося забора размытую дождями, чадящую, грозящую в любую минуту рассыпаться на отдельные кирпичи русскую печку, мерз, думал, жрал что придется и пил отдающее навозом молоко от единственной на всю деревню тощей коровы, которую держала его соседка баба Маня.

Вместе с домом Адреналину достались во владение кое-какие хозяйственные постройки, в частности большой, черный от старости, с опасно провисшим потолком и вросшими в землю воротами сарай. Там, в сухой, пахнущей мышами полутьме, Адреналин однажды обнаружил брошенный старыми хозяевами за полной ненадобностью "Запорожец" самой первой, легендарной модели. Древний, горбатый, с насквозь проржавевшими крыльями, припорошенный соломенной трухой и густо заляпанный окаменевшим от старости куриным пометом, он стоял в сарае и обиженно таращился круглыми глазами фар на белый свет сквозь щели гнилых ворот. Впрочем, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что машинка еще ничего. Конечно, аккумулятора не было и в помине, приводным ремням и обивке салона здорово досталось от мышей, а лысая резина покрышек потрескалась от старости, но двигатель, по крайней мере, был на месте.

Чинить автомобили Адреналин не умел, но испытывал к ним очень теплые чувства. А что тут удивительного? Чтобы любить, например, девушек, вовсе не обязательно досконально разбираться в их устройстве и уметь устранять то и дело возникающие в этом устройстве неисправности. Главное тут, как и с автомобилями, вовремя менять резину, знать, какой косметикой пользоваться, куда что наливать, что и чем смазывать, на что нажимать и за что дергать, чтобы процесс пошел. Девушек и автомобили Адреналин любил, но автомобили, в отличие от девушек, он еще и жалел. Автомобиль можно было гонять, пока у него не заклинит двигатель, бить, мять, прыгать на нем с кочки на кочку и возить в нем пьяные компании из десяти человек. Для этого он, автомобиль, и построен, чтобы им пользовались, как душа пожелает. Единственное, чего, по мнению Адреналина, нельзя было делать с автомобилями, так это заживо хоронить их в грязном сарае на долгие, долгие годы. Словом, "Запорожца" Адреналин пожалел, нашел умельцев, пригнал буксир, заплатил, и умельцы в считанные дни привели ходовую часть древней тележки в полный порядок. Что же до кузовного ремонта, то здесь Адреналин ограничился тем, что собственноручно отскоблил машину от птичьего дерьма. После этого он даже разок прокатился на "Запорожце" по деревне, отчаянно тарахтя, скрежеща шестернями коробки передач, распугивая редких кур и заставляя еще более редких старух в заросших крапивой палисадниках осенять свои морщинистые лбы крестным знамением.

До зимы, до самого Нового года, "Запорожец" простоял на своем старом месте в сарае – правда, с открытыми настежь воротами, чтобы не скучал.