— тебе не интересно как она это сделала?

— нет.  — Это выше моих сил.

— а всем остальным интересно. тебя спрашивали про маму?

— да,  — вру я. — ну и я просто говорила правду и они затыкались.

— а мои друзья не знали что сказать. до сих пор не знают, я лишняя.

— папа с тобой не говорит про это?

— не-а. он работает как проклятый, он здорово изменился, не тот папа которого я знала.

— ужас. Нужно чтоб тебе кто-то помог. может к своему доктору сходишь?

Я бы все отдала, чтобы помочь, но нас разделяла целая жизнь. Я бы прижала ее к груди и не отпускала, пока все снова не станет хорошо.

— а смысл?

— тебе надо с кем-то поговорить. тебе помогут, только попроси. можно записаться в какую-нибудь группу или поговорить с врачом. и твоему папе пошло бы на пользу. жизнь продолжается. ты никогда не забудешь маму. просто помни что она тебя любила. но у тебя вся жизнь впереди, тебе есть для чего жить. твоя мама этого хотела бы.

Только когда весь текст появился на экране, до меня дошло, как много я написала и как мало это похоже на слова подростка.

— не учи меня! ты мне не мама.

И иконка стала серой, Джо-джо  отключилась.

Слезы капали на клавиши. Девочка моя! Пусть через все километры моя боль, моя любовь долетит до тебя.

Глава 41

Ha первый взгляд день был как день. Позднее лето, солнце согрело сад. Заказы шли к Мику быстрее, чем он успевал рисовать, поэтому он спозаранку засел у себя в студии. Заспанная Джози спустится часа через два, не ранее, и ей понадобятся медовые мюсли, чай и телевизор. Текущие Нинины дела высились на кухонном столе — стопка бумаг, в которых было все: перспективы, возможности, все то, о чем она так давно мечтала. Жизнь, теоретически, была прекрасна.

Отчего же в таком случае, когда зазвонил телефон, Нина вздрогнула и уставилась на аппарат с чувством, что если ответит, то мир рухнет?

— Слушаю? — Она взяла трубку двумя пальцами и держала на расстоянии, словно это могло спасти от неведомой опасности.

— Миссис Кеннеди? Это Джейн Шелли. Я не помешала?

Не сразу Нина припомнила женщину-констебля, которая приехала по вызову о попытке вломиться в дом.

— Нет, ничего.

Что ей нужно? Неужели что-то выяснила? Может, полиция все-таки поверила?.. Только теперь Нине придется идти на попятную и уверять, что она ошиблась и никто к ним в дом не вламывался. Впутывать полицию сейчас никак нельзя.

— Вообще-то я просто так звоню. Хотела убедиться, что у вас больше ничего не приключилось.

Было что-то в тоне констебля, что заставило Нину поверить — Шелли звонит не по долгу службы. К тому же на определителе высветился номер мобильного телефона. Номера полиции, надо полагать, так запросто не определяются. Констебль Шелли звонила от себя лично.

— Вы очень добры, — ровным тоном ответила Нина. — У нас все хорошо. — Обмолвиться о Бернетте хоть словом все равно что подписать смертный приговор самой себе.

— Я вам верю, — сказала Джейн Шелли. Связь была неважной, легко можно ослышаться. — В смысле — насчет взломщика и машины. Я верю, что вы ничего не придумали.

— Наверняка ничего особенного не произошло. Воображение разыгралось.

На том конце провода вздохнули.

— Мне уже доводилось сталкиваться с подобным. Все это очень печально. Не хотелось бы прохлопать еще один случай.