— Я так боялась, что больше никогда тебя не увижу… — всхлипнула баронесса и еще крепче прижалась к телу мужа. — И еще я боялась, что ты на меня… pa… pa… рассердишься!

— Это ты про выходку Людвига?

Заливаясь слезами, Марциана принялась рассказывать супругу все подробности этого длинного дня.

— …Я надеюсь, что ты простишь его, — шмыгая носом, закончила она свое повествование.

— Я уже решил, каким будет его наказание. Он отправится в колледж, а затем — в Берлинский Университет. Общение с ровесниками заставит его забыть о своём высокомерии. Там будет полно точно таких же отпрысков дворянских семей. Так что, моя любимая, ты оказалась права.

— Что ты сказал? — лукаво попросила его супруга повторить последнюю фразу.

— Я признаю, что ты гораздо мудрее меня в вопросах, касающихся детей, и очень сожалею, что раньше не придавал значения твоим советам. Если бы я прислушался к тебе с самого начала, то, возможно, гораздо раньше понял бы, каким негодяем являлся Недлиц.

— Не думаю. Он был очень осторожен.

— Когда я представлю, какой дьявол держал тебя в своих когтях, — внезапно глухо заговорил Генрих. — Я перестаю сожалеть о том, что выстрелил в него.

Марциана вдруг хитро засмеялась и попыталась заглянуть в глаза мужа:

— Ты спас меня. А, помнится, совсем недавно уверял, что никогда не бросишься на помощь девице, попавшей в лапы дракона!

— Ничего подобного я не говорил, — пробурчал барон.

— Нет говорил, — сердито замотала она головой. — Ты сказал, что я не должна надеяться на подобные любезности, поскольку девицы сами должны спасать себя от драконов.

— Да, похоже, ему и впрямь было не так просто справиться с тобой… Кто мог подумать — я женился на милой, послушной девушке, которая первое время покорно исполняла все мои пожелания. Но стоило мне чуть расслабиться, как ласковая кошечка превратилась в настоящую львицу.

Он резко остановил коня посередине моста, ведущего в замок, и, приподняв подбородок жены, заглянул ей в глаза:

— Запомни одно. Если бы ты действительно убежала от меня, я объездил бы весь свет, но отыскал бы тебя. На земле или на небе.

— А нашел в воде… — смешливо прищурилась Марциана.

— Я не шучу сейчас. Ответь мне на последний вопрос. Ты говоришь, что дневник вела в виде писем к умершему брату. Но объясни, пожалуйста, почему ты обращалась к нему, словно к любимому мужчине?

— Все мои последние записи… в них я разговаривала с тобой, — ответила она тихо. — Как-то так вышло, что ты заменил мне Михеля… Именно ты стал моим лучшим другом. Другом, мужем и… любовником.

— В самом деле?.. — голос мужа стал глубоким и мурлыкающим, и Марциана удивилась, как могла спутать этот голос, полный любви, со злобным рычанием голодного жадного зверя… Голосом Недлица.

Не успели они войти в дом, как все бросились им навстречу:

— Вот и они! — закричал Людвиг. — Я же говорил вам, дядя, что вы найдете ее, и все будет в порядке!

— Я тоже это знала, — выбежала из-за спины брата Анна.

— Разумеется, мы все были в этом уверены, — удовлетворенно произнесла графиня Делич.

— Я рад за вас, но теперь нам пора уезжать, — сердитым голосом проговорил князь Дитрих.