– Хорошо, а ты? – замечаю, как спрашиваю. Просто он кажется таким дружелюбным и искренним. Может он не осудит, если узнает меня настоящую? Если бы. Есть несколько вещей, за которые любой осудит тебя, не смотря на то, какими они показались на первый взгляд. Он машет, приветствуя несколько людей в классе.

– Бурная прошлая ночка? – спрашивает Грейсон, его внимание возвращается ко мне.

Я застываю.

– Нет, а что?

Его взгляд падает на мои губы.

– У тебя немного…– затихает он, уставившись на них.

Я вытираю пальцами губы, на которых остается бледный след от красной помады.

– Ах, да, это, – говорю я, вытирая рот тыльной стороной ладони. Я думала, что все стерла, но полагаю, что ошиблась. Могу только надеяться, что под моими глазами нет черных кругов от подводки и туши, которыми красилась прошлым вечером.

– Ты не обязана делать это, – говорит он, хмуро смотря на меня. – Я не имею ничего против этого…

– Что если я просто решила накраситься красной помадой сегодня на учебу? – высказываюсь я.

Он хмурится.

– Ты права. Так могло быть. Но я просто предположил…

– Ты знаешь, что говорят про тех, кто предполагает.

Он кивает.

– Извини, я сказал лишнее. Это было грубо, но мне было любопытно о тебе и…

Я перебиваю его.

– Я ходила на ужин прошлым вечером.

Он молчит минут десять прежде, чем снова заговорить.

– Ты живешь с родителями?

– А что? Планируешь проникнуть в мой дом? – выходит из моего рта раньше, чем я могу остановить это. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Он смотрит на меня с нахальной улыбкой на своем великолепном лице.

– Ты флиртуешь со мной? – спрашивает он с серьезным лицом, медленно моргая несколько раз. Ничего не могу поделать, начинаю смеяться, вызывая злобные взгляды от студентов, сидящих вокруг нас.

– Нет, нет. И отвечая на твой предыдущий вопрос, – нет, я не живу с родителями, – потому что у меня их нет.

– А где они живут? – спрашивает он, упираясь щекой в свою ладонь. Он просто продолжает давить, да?

– Они скончались, – говорю я, отвожу от него взгляд и смотрю прямо.

– Мне жаль слышать это, – тихо говорит он. Наклоняется ближе и касается моего плеча, молча показывая свою поддержку. Я откашливаюсь и заставляю себя пожать плечами.

– Это случилось давным–давно. Я живу со своей соседкой, – сообщаю я.

– Она позволит мне пробраться внутрь? – дразнит он, пытаясь поднять настроение.

– Думаю, это меня тебе нужно покорить, Грейсон, – говорю я, подмигивая ему. Потом он смеется, низким звуком, и я не могу оторвать от него глаз, пока он делает это.

– Ты права. Могу я узнать твой номер телефона? – спрашивает он.

– Нет, – отвечаю, сверкаю улыбкой, а потом поворачиваюсь к передней части класса. Я чувствую его взгляд на мне, но притворяюсь, что мне безразлично.

Нет смысла отрицать, что что–то в Грейсоне пробудило мой интерес. Но сейчас для меня не время связываться с кем–то.

****

– Пэрис!

Я поворачиваюсь, когда слышу голос Грейсона. Он идет прямиком ко мне, удерживая одной рукой шлем. На нем узкие джинсы с низкой посадкой, которыми мне не удалось полюбоваться в классе. Знаю, что под этой фланелевой рубашкой скрывается идеально развитое тело, могу сказать это прямо отсюда. После окончания занятия, я была первой, кто вышел из класса, не оглядываясь. Не думала, что увижу его снова до завтрашнего дня.

– Где твоя машина? – спрашивает он, оглядываясь по сторонам.