– Повезло, что ты такой сексуальный.

Мы вместе принимаем душ, а потом не спеша, нежно занимаемся любовью в нашей постели.

– Пэрис? – шепчет Грейсон.

– М?

– Если у нас будет маленькая девочка, надеюсь, она будет похожа на тебя, – он говорит это так нежно, что у меня глаза на мокром месте.

– Мы еще ничего точно не знаем.

– Отрицание тебе не идет, детка.

– Спи давай, – фыркаю я, устраиваясь ближе к нему.

Когда Грейсон засыпает, я еще долго думаю. Я не могу быть беременной.

Я беременна.

Грейсон растирает мою спину, когда меня в третий раз тошнит. Желудок обжигает, а горло болит.

– Я сейчас умру! – драматично восклицаю я, чувствуя себя полным дерьмом.

Мы сходили к доктору утром, и он подтвердил этот факт. У меня будет ребенок. Грейсон спокоен и собран, а я продолжаю пристально за ним следить, все ожидая, когда он сорвется. Он, как бомба замедленного действия. В какой–то момент он взорвется, когда реальность обрушится на него. А сейчас, думаю, что он живет в отрицании.

–Ты не умрешь. Пойдем, я принесу тебе пожевать немного крекеров, он встает и покидает ванную. Я умываюсь и бреду на кухню.

– Ты собираешься рассказать своим родителям? – спрашиваю его, усаживаясь за стол. На мне нет ничего, кроме простой майки и нижнего белья.

– Собираюсь, – он подходит ко мне с несколькими крекерами и лимонадом. – Я прочитал в интернете, что это может помочь.

Мои глаза находят его.

– Что еще ты узнал? – хватаю крекер.

– Просто почитал о ранних сроках беременности, чего ожидать и все в таком духе. Мне хочется иметь возможность помогать тебе, так много, как это возможно.

– Ты очарователен, знаешь об этом? – спрашиваю я, заставляя себя съесть крекер.

– Стараюсь, – его губы подрагивают. – Предпочитаю «офигенно сексуальный» или что–то подобное, но и «очаровательный» сойдет.

– Ты такой и еще столько же сверху, так пойдет? Уверена, что большинство со мной согласится.

– Твое мнение – единственное, которое имеет для меня значение, – он произносит это тихо.

Я кладу крекер на стол.

– Мы справимся. Ты же знаешь это, да?

Он кивает.

– Знаю. Ты будешь удивительной мамочкой. Нашему малышу так повезло.

Я моргаю, яростно стараясь остановить увлажнение глаз.

– Детка, – он качает головой, когда видит, что эмоции берут надо мной верх.

– Что? Мне просто соринка в глаз попала, – вытираю лицо обеими ладонями.

– Слезы счастья я могу принять, – он растирает мою спину.

Кто–то стучит в дверь, и Грейсон уходит открывать ее, поцеловав меня в макушку прежде, чем уйти. Он возвращается на кухню с Лондон, которая плетется следом за ним.

– Я пытался избавиться от нее, – шутит он.

– Поздравляю, мисс Пузатик, – она широко ухмыляется. – Чур я забираю все твои шмотки, когда ты перестанешь в них влезать!

– Только через мой труп, – открываю банку газировки и отпиваю от нее.

– А ты, – она обращается к Грейсону. – Мистер Осеменитель. Пробиваешься через всю контрацепцию, – я чуть ли не давлюсь напитком, и прикладываю ладонь к лицу, смех просто вырывается из меня.

– Почему ты снова здесь, Лондон? – спрашивает Грейсон со смесью раздражения и веселья в голосе.

Я подглядываю сквозь пальцы.

– Моя сестричка беременна. Хочу насладиться моментом.

– Чего? – Грейсон и выглядит и звучит растерянно.

– Меня уделала сестра, все считали, что я залечу первой…

Серьезно, у нее отсутствует фильтр.