– Ну ты и загнул, – уважительно сказал Былинский и всмотрелся в офицера, сидящего напротив. – Не нравишься ты мне, капитан. В больницу тебе надо после вчерашнего. Да и простуда из тебя еще не вышла.

– Не хочу. – Алексей помотал головой. – Буду ждать.

– Чего? – не понял подполковник.

– Пока мазь изобретут, – пояснил Корнилов. – Помазал, и все зажило. Я в порядке, товарищ подполковник. Переходим к нашим баранам? Что на сегодня?

– У депутатов Рады очередное обострение, – заявил Былинский. – Осеннее, видать. Им поступила информация, что мы затеяли новую провокацию. Пьяные сепаратисты разгромили собственный аэропорт. Один преступный клан наехал на другой, в итоге район лишился важного транспортного объекта, погибли мирные жители. Кремлевские наймиты, конечно, все свалят на мнимых украинских диверсантов, что абсурдно по определению. Украина – априори хорошая, она не уничтожает гражданские объекты и не убивает мирных жителей. Вообще невозможно представить себе более миролюбивое государство.

– А почему пьяные сепаратисты? – не понял Алексей.

– А где ты видел трезвых сепаратистов? – удивился начштаба. – Мы же звери в человеческом обличии, у нас нет ничего святого, мы уснуть не сможем, пока не расстреляем всех жителей парочки мирных деревень. Зло берет от этого маразма, которому верит Запад. – Начштаба скрипнул зубами. – Вот скажи, тезка, почему так? Россия снова нарушает мировой порядок. Ты заметил, как только украинские военные делают пакость, так сразу в СМИ истерика – Россия нарушает перемирие, не выполняет минские договоренности.

– Что с пленным? – спросил Алексей.

– Нормально с пленным, – отмахнулся Былинский. – Спасибо тебе, что устоял перед соблазном и не грохнул его на месте. Старший лейтенант Бобрич, уроженец Галичины, убежденный последователь дела Степана Андреевича Бандеры и Адольфа Алоисовича Гитлера. Вышел из «Правого сектора», обвинив его в недостаточной радикальности. Исповедует крайне правый национализм. У контрразведки есть кое-что об этом отморозке. Летом пятнадцатого командовал ротой под Дебальцево. При прорыве окружения активно использовал живой щит из представителей гражданского населения и пленных ополченцев. Лично участвовал в пытках и казнях. Держится на допросах гоголем. Пока. Свидомый, так сказать. Патологическая украинская самоидентичность. Я весь из себя такой хохол, высшая раса, куда там немцам, скандинавам и прочим древним римлянам. Допроса с пристрастием пока не проводили, просто спать не давали. Он, в принципе, подтверждает, что командовал группой диверсантов, заброшенных в наш тыл. Об остальном пока молчит. Как перешли границу, какими тропами, кто провел, пособничал?..

– А главное, кто послал их и готовил эту акцию, – добавил Алексей. – Да и насчет пособников тема интересная. Это были не смертники, умирать не собирались, планировали нагадить и уйти с триумфом. Значит, кто-то должен был содействовать с коридором. Они знали, что после акции весь район заблокируют, но рассчитывали, что время для отхода у них будет. А мы среагировали быстро, что стало для них сюрпризом.

– Случайность, – заявил подполковник. – В Пырино комиссия из Донецка проверку боеготовности проводила. Оба взвода подняли по тревоге, подогнали машины.