|
– Он на миг опустил глаза и коснулся плеча сидящей по другую сторону от него Агнес. – Я чуть не потерял вторую точно так же. – Джеймс протянул руку и провел пальцем по отметине на брови Верити, которая так и не заросла. – Но трагические дни остались позади. Семью Харкнессов слишком сильно опалило огнем, но нас спасла любовь, любовь женщины, которая даже не из Корнуолла.
Все засмеялись, а Джеймс продолжал: – Так пусть это станет началом новой жизни для Пендургана, и будем надеяться, что скоро по этому прекрасному старому дому будут бегать дети, рожденные от любви, в честь которой мы сегодня пируем. А теперь давайте угощаться, все до одного! Когда Джеймс сел, он поднес руку Верити к губам. – Спасибо тебе за то, что вылечила мой дух, моя дорогая, за то, что вернула меня к жизни, вернула мне эту землю и этих людей. – Он вынул из жилетного кармана сложенный пергамент. – И я намерен вставить эту купчую в рамочку и повесить ее в этом зале на самом видном месте, потому что это была лучшая из всех сделок, которые когда-либо заключал житель Корнуолла. Лорд и леди Харкнесс улыбнулись, глядя друг другу в глаза, затем повернулись к гостям и начали праздновать первый день своей новой совместной жизни. |
