Дорн протиснулся сквозь толпу матросов, вооруженных шпагами и луками. Рэрун, Уилл и Павел поспешили за ним, священник остановился, поджидая капитана. Через всю палубу протянулась драконья тень — второй дракон висел в воздухе над галерой, как ястреб над зайцем. Дорн с товарищами встали между Карой и Ажаком.

— Подождите, — сказала она.

— Так вот за что вы нам заплатили, — сказал Уилл.

— — Я не ожидала их встретить, — сказала Кара.

— Мы тоже, — криво усмехнулся хафлинг. — И все-таки сделка есть сделка. Если мы выживем, награда будет славной.

Дорн глянул на преображенного щитового дракона.

— Что все это значит? — спросил он.

— Это значит, что свершится правосудие, — сказал серебряный, — Эта женщина должна ответить за свои преступления, но Мунуинг и я не хотим враждовать с тобой. Так что уйди с дороги, и мы не причиним тебе вреда.

— Какие преступления? — спросил Рэрун.

— Это не ваша забота. Достаточно сказать, что мы с товарищем служим в Когтях Правосудия. Вам знакомо это название?

Дорн знал его. Ведь он изучал жизнь драконов. Когти Правосудия были братством серебряных драконов, которые объединились, чтобы бороться со злом, что-то вроде рыцарского ордена. Но слова старика не внушали доверия. Кто сказал, что представления драконов о добре и зле не расходятся с человеческими?

— Вы не имеете надо мной власти, — сказала Кара, — так же как и хозяин, которому вы решили служить.

— — Кто-то должен быть во главе, — сказал Ажак. — Иначе все будут страдать, и драконы, и эти людишки.

— Если бы у хозяина была достойная цель, — сказала Кара, — я бы не возражала, а так…

— Довольно! — воскликнул Ажак, его лохмотья развевались на холодном ветру. — Я пришел не для того, чтобы спорить с тобой, а чтобы арестовать тебя по приказу короля. Долго же мы тебя искали, и все-таки нашли. Ты ведь знаешь, каково это — подолгу оставаться в облике дракона. Так что мое терпение на исходе. Придется тебе подчиниться. Или ты одна хочешь сразиться с теми, кто старше и сильнее тебя?

— Девушка не одна, — сказал Павел. Серебряный удивленно взглянул на жреца, словно не ожидал, что кто-то из этих людишек осмелился снова заговорить.

— Я хочу защитить вас и ваш род, — сказал Ажак, — как и подобает моей расе. Если вам действительно дано право носить амулет Летандера, вы должны мне помогать, а не мешать.

— Если вы действительно поборник добра, — ответил Павел, — вы должны понимать, что порядочные люди не могут выдать своего спутника неизвестно кому. Особенно дракону, не важно какого цвета. Мы знаем, что многие драконы впали в бешенство.

Он повернулся к капитану и спросил:

— Все присутствующие на борту находятся под вашей защитой, не так ли, господин капитан?

В ответ моряк бросил на священника сердитый взгляд. Он сомневался. Но он был упрям и крут нравом, как и подобает капитану, бороздящему опасное Море Падающих Звезд. Да и дракон был сейчас в облике человека и оттого казался безобидным.

— Это правда, — сказал капитан. — Девушка заплатила за дорогу. Я не могу выбросить ее на съедение акулам. Вот если бы вы относились к Сембийскому или Импилтурскому флоту, я бы вам подчинился, а что мне Когти Правосудия?

Морщинистое лицо Ажака скривилось, словно от головной боли.

— Вы не представляете себе, в какую опасную игру играете, — сказал он. — Думаете, если я серебряный, то буду возиться с вами и упрашивать вас? Послушайте меня.