Сатана сидел передо мной невооружённый, это было видно. А вот у типа, что стоял у двери, из-за пояса выглядывала рукоятка пистолета. До него было около четырех метров. Взяв пустой бокал и повертев его в руках для вида, я вдруг уронила его на пол. Он со звоном разлетелся на куски.

— Ты что делаешь, стерва! — возмущённо взвыл хозяин.

— Ой, извините, я нечаянно, — пробормотала я, нагибаясь.

Подобрав самый большой осколок, я распрямилась и, не целясь, метнула его через плечо к дверям, в голову урки, намереваясь попасть в глаз. Но промахнулась и попала в горло, куда-то в район сонной артерии. Кровища хлынула из него фонтаном, он схватился за шею руками и захрипел, вытаращив изумлённые глаза. Я почему-то решила, что с него достаточно. Хозяин на мгновение опешил, и я бросилась на него. Этого мгновения хватило мне, чтобы перелететь через столик и вцепиться в него когтями. Мои замечательные, красивые, длинные и тонкие пальцы, снабжённые прямыми острыми ногтями-лезвиями, были такими же сильными и могли сделать то же, что и лапа настоящей пантеры. Акира и тренировал меня, делая основной упор на руки, поэтому они были у меня как из железа, хотя выглядели вполне привлекательно и нежно. Одним пальцем я, к примеру, могла пробить череп скелета, на котором мы изучали анатомию и расположение смертельных точек на теле человека. Прижав коленями руки Сатаны к дивану, я сграбастала его уши, легонько рванула их на себя и выкрутила, причинив ему страшную боль. На белую рубаху потекла кровь. Он вытаращил глаза и взвыл.

— Заткнись, — прошипела я ему в лицо, — а то вырву уши вместе с мозгами! Выведи меня отсюда — и останешься жить.

Он дико помотал головой, вращая глазами.

— Что, не веришь? — Я усилила нажим. Он стиснул зубы, но не закричал, только его обезумевший взгляд устремился куда-то в сторону. Я обернулась. Урки с перерезанным горлом в комнате почему-то уже не было, только кровавый след уходил куда-то за открытую дверь.

— Вставай! — приказала я, слезая с него, но не отпуская ушей. — Проведёшь меня к выходу, и чтобы ни один твой черт не дёрнулся, а то сразу прикончу. Не веришь?

По его ошалелым глазам я поняла, что он верит, но сомневается.

— Смотри сюда, придурок. — Отпустив одно ухо, я взмахнула рукой, и горлышко бутылки отлетело в другой конец комнаты. — Так же я могу снести твою дурную голову. А теперь пошли.

Перехватив его уши сзади и, подталкивая его коленом в зад, я повела своего заложника к двери. Он даже не сопротивлялся, только шёл вперёд, выгнув спину, и упрямо молчал. За дверью где-то на втором этаже уже слышались крики и топот. Я не сомневалась, что смогу сбежать, нужно лишь добраться до ворот и сесть в машину вместе с хозяином.

На площадке перед дверью ещё никого не было, но снизу по лестнице уже вбегали плечистые урки с ножами и пистолетами. Их лица не предвещали мне ничего хорошего. Я остановилась, спряталась за спину хозяина и строго крикнула:

— Стоять, мальчики! Хозяин вам хочет что-то сказать. — Я поддала его под зад. — Говори, милый.

Увидев кровь, льющуюся из ушей босса, и его незавидное положение, быки замерли, пожирая меня убийственными взглядами. И только один, вероятно, самый нервный, заорал:

— Падлой буду! Замочу суку!!!

И бросился вперёд, замахиваясь на меня ножом. Лучше бы он этого не делал. Не выпуская хозяина, я саданула ему ногой по лицу. Нос с хрустом провалился в череп, и парень отлетел назад на своих корешей, выронив нож. Больше он не поднялся. Все заволновались, кто-то пощупал у него пульс и недоуменно проквакал:

— Сатана, она Иуду убила!

— Ну и хрен с ним! — заговорил вдруг тот злобно.