|
Примерно через пятнадцать минут мы вышли на форум. Это оказалась большая площадь, окруженная с трех сторон крытыми колоннадами, а четвертую занимала массивная базилика с белыми, выкрашенными известью стенами и черепичной крышей терракотового цвета. Мои молчаливые сопровождающие провели меня через площадь, затем мы поднялись по ступеням базилики и прошли через главный вход, оформленный двумя огромными мраморными колоннами. Годарз говорил мне, что базилика – это одновременно и деловой центр, и здание суда, но сейчас у меня сложилось впечатление, что это скорее последнее, поскольку мой эскорт остановился у входа. Меня оставили в одиночестве, и я двинулся дальше, к группе городских сановников, собравшихся в конце помещения, которое, по сути дела, было огромным центральным нефом, отделенным колоннами от боковых нефов, расположенных по обе стороны от центрального. Главный неф был выше боковых, в его верхней части имелись окна, сквозь которые внутрь проникал свет. Колонны были толстые и увенчанные арками, и перед каждой колонной стоял страж в полном боевом облачении. Я снял шлем и прошел вперед по серым мраморным плитам к небольшому возвышению, образующему апсиду в самом конце базилики. На возвышении сидели в креслах три человека. Четвертое кресло пустовало. Достигнув апсиды, я увидел еще больше воинов, которые стояли у стены за креслами, а также писцов, сидевших сбоку за столами. Я остановился в нескольких шагах перед апсидой и поклонился, чуть нагнув голову, трем сидящим сановникам. Воцарилось неловкое молчание. Потом мужчина, сидевший в центре, облаченный в белую тогу, обратился ко мне. Казалось, что ему на вид около пятидесяти, у него было длинное, узкое лицо и темные редеющие волосы с проседью. Он смотрел прямо мне в лицо своими бледно-серыми глазами, а его голос звучал несколько женоподобно.
– Я Гней Мусий, губернатор этого города. А как твое имя? – Я принц Пакор, сын Вараза, царя Хатры. Я здесь по поручению полководца Спартака. На лице губернатора отразилось удивление: – А где она, эта Хатра? – В Парфии, господин, – ответил я. Сидевший рядом с ним мужчина, на вид лет на двадцать его моложе, со светлыми курчавыми волосами, казался явно возбужденным, судя по тому, как он ворочался в своем кресле. – Ты хочешь что-то сказать, Тит? – спросил его губернатор. Молодой человек, одетый в командирскую тунику и панцирь, с красным плащом, свисавшим с плеч, наклонился вперед и уставился на меня пристальным взглядом: – Меня зовут Тит Секст, я командир здешнего гарнизона. А как парфянин оказался в моей стране? Я поклонился и ему. – Очень просто, мой господин. Я попал в плен в Каппадокии, после чего оказался гостем Италии, хотя и невольным. – Ты хочешь сказать, что ты раб, – сказал он. – Я был рабом, – ответил я. – А теперь хочу вернуться на родину вместе с остальными, у кого есть такое же желание. – Мы не ведем переговоров с рабами! Мы владеем ими, мы распоряжаемся ими и, когда это нам необходимо, казним их. Именно такая судьба ждет и тебя, раб! Что мешает мне убить тебя прямо здесь и сейчас? – Ничто, – спокойно ответил я. – Однако ты должен также спросить себя: что мешает тем, кто окопался вокруг твоего города, напасть на вас и всех перебить? – И что же им мешает? – осведомился третий мужчина, крупный, с шарообразной фигурой, двойным подбородком и толстыми, жирными пальцами. |
