Неделю спустя первая партия железа была выгружена на берег в указанной бухте и в назначенное время. Туда пришло четыре корабля, все одинаковые. Их борта были защищены обшивными брусами и имели выступы, напоминающие крылья. На корме у каждого располагалась надстройка с каютой. Там же, на корме, находились еще два рулевых весла, каждое с длинным румпелем. В отличие от боевых кораблей эти двигались только с помощью большого квадратного паруса. По условиям договора ни одной из сторон не разрешалось иметь при себе вооруженных воинов, поэтому я ждал на берегу в компании пятидесяти людей в одних туниках. Еще пятьдесят ждали на дороге, что вела с берега, с дюжиной повозок, на одну из которых были погружены ящики с золотом. День выдался тихий, со слабым ветерком, море казалось спокойным, как пруд. Корабли вышли на мелководье, их команды спустили якоря. После чего они застыли в воде, а матросы уставились на нас. Я решил сразу брать быка за рога, вошел в воду и вброд направился к ближайшему кораблю. Бухта была мелкая, вода едва доходила мне до груди. С борта на меня сверху вниз уставился дородный мужчина с растрепанной бородой и широким серым лицом. Его мощные руки без татуировок лежали на планшире.

– Это ты парфянин?

– Я.

– Лучше бы вам пригнать ваши телеги прямо в воду, к каждому кораблю. Сколько их у вас?

– Дюжина, – ответил я.

– Более чем достаточно. Как насчет платежа?

– Золото на одной из повозок.

Он махнул куда-то себе за спину:

– Там, на борту, имеется чиновник, он должен убедиться, что все в порядке. Ну, можем начинать.

Нам потребовалось все утро, чтобы перегрузить железо на повозки и перенести четыре ящика с золотыми слитками на корабли. Глаза капитана корабля вспыхнули, когда я поднял крышку первого ящика и продемонстрировал содержимое ему и бледному женоподобному чиновнику, присланному Марком Аристием для надзора за обменом. Чиновник, несомненно раб, не выказал никаких эмоций, но тщательно пересчитал все слитки в каждом из ящиков. Я стоял рядом с капитаном, когда ящики подняли на борт лебедками, и он заметил, что я рассматриваю чиновника.

– Он евнух, этот тип, – капитан с отвращением фыркнул.

– Что?

– Ему много лет назад отстригли его царские регалии. У нас любят проделывать такое с рабами. От этого они становятся тихими и послушными, понимаешь?

– Это просто отвратительно! – сказал я.

Он пожал плечами:

– Если они всех вас переловят, с вами поступят еще хуже. – Он пристально посмотрел на меня. – Говорят, ты принц?

– Верно, – ответил я.

– Тогда что ты делаешь в компании этих беглых?

– Это длинная история.

Он оттащил меня в сторону.

– Я всю жизнь был моряком, я знаю, куда дуют ветры, и говорю тебе, что все вы кончите плохо. Вас перебьют. Эти ублюдки римляне никому ничего не прощают, они будут мстить вам за все, что вы тут наделали.

– Так ты не римлянин?

– Нет-нет! – воскликнул он.