Шлем чуть наклонился вперед, воздушный щит я убрал и мысленно выдохнул. Сил это заклинание изрядно отняло.

— Поговорим? — предложил замершему воину. — Каску свою сними.

Боец осторожно снял шлем. Мужику лет под сорок, глаза внимательные и удивленные.

— Ты у нас кто? Представься! — произношу, добавляя в голос толику подчинения.

— У нас иммунитет, на такую магию, не старайся, — буркнул боец, тяжело вздохнул и продолжил: — Капитан Мурцев, Степан Игоревич, заместитель командира армейского спецназа по особо важным операциям в тылу врага.

— Приятно познакомиться, — я кивнул и скрестил руки на груди. — Скажи мне капитан, на хрена вы дверь выбили и пытались устроить штурм квартиры.

— Так заложница, — неуверенно проговорил тот и взгляд отвел.

Он не дурак, квартиру уже неоднократно просканировал и убедился, что девушка спокойно дрыхнет, а на террориста я никак не тяну.

— Я вам ее с удовольствием выдам, после того как получу бумагу, где будет сказано, что вы тут все восстановите, — обвел взмахом руки разгромленную гостиную. — Жилье арендую и через пару дней собирался съезжать. Что владельцу скажу? Прости, армейские спецы ошиблись дверью и все тут к чертовой матери разнесли!

— А какие еще требования? — поинтересовался капитан.

— Рожок мороженого! — рыкнул я. — Иди к своим и без гарантий не возвращайся. Да, переговоры веду с тобой, если кто-то решит другой прийти, то посчитаю это нападением. Понял?

— А как же магобомба? — нахмурился Мурцев.

— Бойтесь, — широко улыбнулся я. — Свободен, иди к своим подельникам. Хотя, нет, стой! Поможешь дверь на место приладить, а потом пойдешь.

Спецназ срезал петли, но дверное полотно не сильно пострадало, что обрадовало. Мы приставили дверь на место, я ее держал, а капитан занимался сваркой, используя для этого свою магию. Хреново у него получилось, дверь открывается на четверть от старой ширины. Ничего, заменят, если выбью из них обещание все тут восстановить в обмен на Анну. Девушку-то и так отдам, даром! Она притягивает ко мне неприятности.

Спать хочу — спасу нет, почти час ночи, сижу, пью крепкий чай и жду капитана, который что-то не спешит возвращаться. Во дворе все тихо, словно ничего и не случилось. И вдруг вой сирен, мигалки, кортеж из десятка машин. Откуда только столько народа взялось?! Все засуетились, забегали. А из представительского лимузина вылезли двое и на окна моей квартиры уставились. Попытка просканировать их ауры не увенчалась успехом. Далеко, да еще и защита выставлена мощнейшая, которой минуту назад не ощущал.

— Это куда я влез? — озадаченно потер подбородок.

Попытаться разбудить Анну и у нее узнать о гостях? Она-то их точно знает, да пока очнется, то да се, времени пройдет долго. А к подъезду, держа в руке белый платок, направился капитан Мурцев. Ага, договоренности соблюдают, это внушает оптимизм.

— Проходи, чай будешь? — приоткрыл я дверь, впуская капитана.

Тот даже запнулся о порог от такой моей реплики, а потом головой покачал и сказал:

— Благодарю, не до этого сейчас. С вами желает переговорить отец дочери, — он чуть запнулся, — с сопровождающим.

— Пусть приходят, если драться и орать не собираются, — пожал я плечами, а потом уточнил: — Как насчет ремонта?

— С хозяином квартиры уже связались, ему компенсируют.

— Замечательно, — покачал я головой. — А мне как тут оставшиеся дни жить? Боком в дверь протискиваться?

— Наше подразделение приносит официальные извинения за произошедшее недоразумение, — выдавил из себя Мурцев.