Суркова прошла в свой кабинет и не ответила горничной, которая спрашивала об ужине. Сев в кресло перед выключенным компьютером и побарабанив пальчиками по столешнице, графиня, выдохнула и набрала номер одного близкого друга. Тот ответил сразу, пообещал приехать немедленно. И вот тогда-то женщина начала действовать быстро. Нет, она не занялась проблемой Алекса, это чуть позже. Отдала короткие приказания горничной, что на ужин пожалует гость. Сама же удалилась в ванную комнату, привести себя в порядок. Контрастный душ, несколько личных заклинаний, укладка волос, макияж, красивое новое белье, строгое платье с провокационными разрезами. И через час она почувствовала себя уверенной и неотразимой.

— Изумительно выглядишь, — произнес гость и наклонился поцеловать графине ручку.

— Спасибо, — отдавая букет роз горничной, произнесла Светлана. — А вот ты вымотался, напряжен. Пару сеансов расслабляющего массажа и восстановления сил не повредят. Это как целительница говорю.

— Дела, — развел руками гость.

Седина на висках мужчины, небольшой шрам у виска. Глаза усталые и внимательные. Графиня редко просит о незамедлительной встрече, а он всегда готов ней приехать. Они дружат с детства, гуляли в одной компании, а потом их пути немного разошлись. Почти на десять лет. Суркова вышла замуж, он взял в жены ее подругу. Юлия, так ее звали, отправилась за ним далеко от столицы. Молодые, подающие надежды целители старались помочь людям. В одной из жарких стран боролись с неизвестной заразой. Однажды их накрыл купол, прямо в центре городка. Тогда-то он и взял в руки оружие, убивая восставших мертвецов и выводя больных и персонал из закрытой локации. Спаслись не все, жена осталась на чужбине. Сейчас же он уже профессор, занимает должность министра и вхож к великому князю. Юрий Николаевич Гердов так и не смог похоронить супругу, а боль утраты так и не прошла. Одна отдушина в работе и отношения с преданной подругой, к которой муж погиб в стычке на границе с контрабандистами. Но и это случилось черте знает когда.

— Сам же знаешь, что требуется отдых, — покачала головой графиня.

— А то ты сама мало работаешь, — хмыкнул Гердов.

У него с этой женщиной давние отношения. Нет, это нельзя назвать романом, скорее семейные отношения, которые не скреплены официально. Впрочем, живут они отдельно и не показывают на людях, что происходит за закрытыми дверьми. Однако, все об этом знают, но не показывают вида. Правда, Романов, нет-нет, да и намекнет, что пора уже официально вывести в свет графиню. А они оба не любители посещать официальных мероприятий, светские вечеринки и уж тем более приемы, организованные во дворце. Про балы и говорить не приходится, на них пусть молодежь веселится.

— Пойдем ужинать, — кивнула в сторону гостиной Светлана Владимировна. — Кстати, почему опять не в тапочках? Ноги должны отдыхать!

— А сама-то в туфельках, — хмыкнул Юрий Николаевич и привлек к себе женщину.

Поцеловал в висок и вдохнул аромат волос. У мужчины мелькнула мысль, что великий князь в чем-то прав, пора отринуть прошлое и проститься с холостяцкой жизнью. Они еще не так стары, есть шанс на продолжение рода. Тема детей между ними под запретом, каждый по отдельности задумывался, но у графини есть сын, в котором души не чает. Тот же желает вырваться из-под опеки и стать самостоятельным. Суркова перестала вмешиваться в его жизнь, но материнская любовь никуда не делась.

— Иди мой руки и за стол! — отмахнулась хозяйка квартиры.

Светлана Владимировна не стала озвучивать вопрос из-за которого попросила приехать своего друга. Гербов успокоился, понимая, что проблема не такая серьезная, требуется его совет и ничего более. Они прекрасно провели время, подшучивали друг на другом, обменивались колкостями и новостями.