Любовь к французским импрессионистам отличала этого разведчика от других своих коллег, хотя коллекционирование работ Манэ, Ренуара, Дега и Ван Гога удовольствием было весьма дорогостоящим.

Решив, что необходимую паузу он выдержал, Джек Бойд, он же Хортен-младший, брат-компаньон шипчандлерской конторы, которая вот уже столько лет надежно прикрывала резидентуру в этом средиземноморском порту, с тем же равнодушным выражением на лице повернулся к посетителю.

— Итак, вы сказали, что вас зовут Гельмут Вальдорф…

— Да, это мое настоящее имя.

— Гм… Не понимаю, почему вы это подчеркиваете, но… Какое судно представляете, синьор Вальдорф? Угодно заказать продукты или техническое снабжение? Оставьте ваши координаты, и мы пришлем нашего агента прямо на борт вашего корабля, там он и составит заявку. Право, не стоило вам утруждать себя визитом в контору. Наш девиз — «Паоло Хортен» доставит все, что угодно клиенту, прямо на борт судна. Поэтому…

— Перестаньте валять дурака! — процедил сквозь зубы Вальдорф. — Я сам пришел предложить вам товар, мистер Хортен. И не надо морочить мне голову рекламным трепом. Я работал с полковником Джоном Ноухиллом… Вам говорит о чем-нибудь это имя?

— Так значит вы не моряк, мистер Вальдорф, — округлив глаза, будто удивившись, проговорил Джек. — Извините, но я вас принял…

Он все еще продолжал играть, тянул время, прикидывая, с чем мог явиться к ним этот бывший нацист.

— Давайте отбросим в сторону китайские церемонии, — решительно сказал гость. — Я прекрасно знаю, чем вы занимаетесь под этой «крышей», майор Бойд. И вам известно, наверно, что я не просто Вальдорф, а гауптштурмфюрер Вальдорф.

— Объявленный в России и Польше военным преступником, — любезно добавил Хортен-младший.

Вальдорф махнул рукой.

— Когда это было, — сказал он. — Но ближе к делу… Я пришел сюда, мистер Хортен, предложить вам лично и организации в целом весьма дорогой товар. Ценный товар…

— Наш девиз: купи оптом подешевле, продай в розницу дороже… Слушаю вас, мистер Вальдорф.

— Предлагаю купить агентуру СД, оставленную нами в России в сорок четвертом году, — спокойно, даже как-то бесстрастно сказал Вальдорф. — Отборный товар, мистер Хортен. И, как видите, отдаю оптом. Вы — профессионал, майор, и знаете, в какую цену обходится внедрение агентов в розницу.

Тут Гельмут Вальдорф позволил себе ухмыльнуться. Затем он перегнулся через стол, взял из ящика сигарету и стал, не торопясь, готовить ее к раскуриванию, как бы давая Малютке Джеку время поразмыслить над его предложением.

— Какой у нас сейчас год, гауптштурмфюрер? — спросил, наконец, Хортен-младший на немецком языке.

— Принимаете меня за параноика, херр майор? — осведомился насмешливо пришелец. — Видно, мы с вами не столкуемся. Придется обратиться к «старшему брату» — полковнику Адамсу. Старый Билл должен помнить Вальдорфа. Ведь это он вытащил меня из лагеря перемещенных лиц в сорок пятом.

— Погодите, мистер Вальдорф, — остановил Джек сделавшего вид, будто он поднимается из кресла, гауптштурмфюрера. — Я хотел только напомнить, что с момента вербовки этих ваших людей прошло уже сорок лет… Все они либо вымерли, либо установлены русскими чекистами, ибо… Словом, залежалый, подгнивший товар предлагаете вы честным шипчандлерам, мистер Вальдорф.

— Не скажите, — возразил гауптштурмфюрер.