Эрик направил ладью в обход скал, прикрывающих вход в пещеру.

— Будьте начеку, парни, — сказал Эрик, приглушив голос.

Празднование обряда жертвоприношения девственниц объясняло необычную активность на берегу в ночное время. Но что-то еще настораживало отважного моряка, заставляя волосы у него на затылке вставать дыбом.

Пока ладья скользила по изрезанному проходу, Эрик, не упуская из виду вздымающийся высоко над ними замок, внимательно вглядывался в дальний конец длинной пещеры. Он знал, что сверху их невозможно заметить, и хотя его никогда не обвиняли в избытке осторожности, присущее ему чувство опасности не раз спасало его от беды.

На мгновение их ослепила темнота. Но потом, когда глаза попривыкли, Эрик увидел мерцающие оранжевые вспышки в дальнем конце пещеры. Три длинных. Пауза. Две коротких. Затем все повторилось.

Это был условный сигнал. Но Эрик успокоился только тогда, когда, подплыв достаточно близко, сумел разобрать грубые черты Фергала, правой руки вождя Маккуилланов. Эрик нахмурился, что случалось крайне редко. Не Фергала он рассчитывал здесь встретить, и это ему не понравилось.

Фергал Маккуиллан был злобным мерзавцем, способным за деньги не только убить собственную мать, но и получить при этом удовольствие. Эрику доводилось сражаться рядом с ним несколько лет назад, и хотя он по достоинству оценил боевой пыл и неукротимость Фергала в сражении, ему претила его кровожадность, не ограничивавшаяся полем битвы. Однако личная неприязнь в данном случае не имела значения. Может, Фергал и мразь, но он превосходно владел мечом, а сейчас им необходимы были все воины, которых они сумеют получить. Вождь — Тор Маклауд — однажды сказал Брюсу, что если тот хочет победить, то пусть не боится запачкаться. Он был прав.

Пока Фергал и остальные Маккуилланы держат свое слово, у них не будет проблем.

Едва достигнув берега, Эрик перемахнул через борт ладьи и по колено в воде выбрался на каменистую почву.

Встретившись с Фергалом Маккуилланом, он крепко пожал ему руку. Поприветствовав еще нескольких воинов из его сопровождения, которых он знал по имени, Эрик представил всем Рэндольфа и Доналла, вслед за ним сошедших на берег. Маккуиллан был явно чем-то взбудоражен. И, как подозревал Эрик, чем-то, что ему очень не понравится.

— Я ожидал увидеть вашего вождя, — бесстрастно произнес Эрик, выдавив на губах улыбку, не коснувшуюся, однако, его глаз.

Фергал покачал головой. Он был лыс, и его голова имела странную коническую форму, что было особенно заметно из-за его плоского лица, толстой шеи и грязной рыжей бороды.

— Планы изменились, — оказал Фергал. — Он не смог вырваться. Приехал Ольстер, и в замке полно англичан. Его отсутствие могли бы заметить.

Эрик слегка прищурил глаза. Природные инстинкты его не обманули. Они только что угодили в самую середину осиного гнезда. Если это ловушка, нелепая голова Фергала не слишком долго задержится на его плечах. Две секунды — вот все, что потребуется, чтобы выхватить боевой меч и ударить. Эрик охотно воспользовался бы этим предлогом.

Почти ожидая, что английские солдаты вот-вот бросятся на них со скал, Эрик посмотрел через плечо Фергала, а затем смерил его холодным взглядом.

— Мне помнится, ваш вождь говорил, что Ольстер останется в Каррикфергусе.

— Так нам сказали, но он неожиданно прибыл по приказу Эдуарда. — Фергал непроизвольно сплюнул при упоминании имени короля. — Де Монтермер, или граф Атолл, как он теперь себя называет, тоже здесь.

Ну и ну, разве это не любопытно? Теперь понятно, почему английский сторожевой корабль курсировал так близко от замка. Де Монтермер командовал самой большой — и самой опытной — флотилией боевых галер в военном флоте Эдуарда.