|
Время шло быстро, а работа подвигалась медленно. Уже и солнце выползло из-за вершины, а рельс не поддавался. Сенька совсем замерз на горе. Он дул на руки и прыгал с ноги на ногу, как заводной. – Семнадцатая… Вот тебе и семнадцатая, – ворчал Порфирий, наваливаясь грудью на лом. – Нашли местечко. Камень на камне. А тут еще мороз чертов… И гайки крепкие попались. – Стой, ребята! Дальше дело не пойдет, – сказал он после того, как у меня сломалось зубило, а у Андрея из ключа выскочила ручка. – Крой на станцию! – Зачем на станцию? – спросили мы. – Может, там чего придумаем. Ветер рвал полы наших полушубков, свистел у нас в ушах. Целых два часа шли мы до ближайшей станции Киан. Станция эта находилась в межфронтовой полосе и была брошена на произвол судьбы. Кругом станционной постройки валялись кучи соломы, разбитые лампы, ломаные столы, стулья. – Броневик, наверное, уже вышел. Не успеем, – сказал Сенька. – Что же делать? – спросил Васька. Порфирий ничего не ответил и побежал к пакгаузу. Мы стояли на платформе, как примерзшие. Наконец Порфирий вернулся. – Нашел! – сказал он и махнул нам рукой. Мы побежали за ним к пакгаузу. Там на втором пути стояла платформа, груженная булыжником. – Кати платформу! – крикнул Порфирий. – Переведем ее на главный путь, а оттуда – внизю Пускай раскатится и сковырнет броневик. Мы все разом уперлись в платформу – кто грудью, кто плечом. – Навались! Навались! – командовал Порфирий. Но платформа стояла на месте. – Вот, подлая, примерзла как! Ну-ка еще! Навались!.. Навались… Пустите-ка меня в середину, ребята. Раз!.. Платформа даже не дрогнула. – А броневик, верно, уже вовсю наворачивает, – сказал Васька уныло. Мы только цыкнули на него и опять нажали изо всех сил. – Ни черта не берет! – Давай бревно, – сказал Порфирий. – Вставляй лом в колеса! Андрей просунул между спицами лом, Сенька подложил под колесо бревно. – Ну-ка еще… Раз, два, дружно!.. Мы перевели дух и опять налегли. Колеса заскрипели. – Ну-ка еще… Раз, два, дружно!.. Платформа пошла. – Колеса бы ей подмазать! – закричал Васька. – Она бы тогда у нас экспрессом покатила! – Пойдет и так, курьерским пойдет, – сказал Сенька, еле поспевая за платформой. А платформа все прибавляла ходу, ровно постукивая на рельсах. Мы уже бежали бегом, держась за буфера. Мороза будто бы и не было. Нам стало жарко. – Переводи стрелку! – закричал Андрей, когда платформа миновала контрольный столбик. Сенька оторвался от буфера и быстро перекинул баланс стрелки. Платформа перешла на главный путь. – Ну, ребята, поддай ей жару! – крикнул Порфирий. Мы отпустили платформу, а потом с разбегу догнали ее и одним толчком пустили вперед, под уклон. Катит платформа… Выстукивают колеса… Вот уже ее не видно, только снизу доносится до нас глухой шум. Колеса идут с подсвистом, как будто где-то ножовкой режут сталь. – Ну, товарищ красноармеец, – протягивая Сеньке руку, сказал Порфирий, – может, теперь доконаем «Победу»? – Доконаем, товарищ командир! – весело ответил Семен. – Ей с нашим булыжным экспрессом не разойтись – путь один. |
