Не уверенная в том, что глаза ее не обманывают, она позвонила с корабля своей помощнице Салли Линдеманн и попросила ту узнать, где Моран. Салли обнаружила лишь ложные следы да неясные слухи, но никакого Морана. Она также узнала, что предположительно Моран куда-то отправился вместе с Маркусом Ларимером. Салли передала эти отрицательные результаты Лорен, а та попросила ее обратиться ко мне. Но разговор прервали. Русские прослушивали ее звонки и поняли, что она наткнулась на их очень деликатную операцию.

И сделали ее пленницей, как и ее коллег-конгрессменов, которые были на пути в Москву.

Только Лорен была скорее убытком, а не приобретением. Думаю, ее собирались незаметно отправить за борт.

— И что было после того, как Линдеманн связалась с вами? — расспрашивал Сандекер.

— Мы с Джордино разработали план и полетели на юг, в Сан-Сальвадоре догнали судно и поднялись на борт.

— На „Леониде Андрееве“ погибли свыше двухсот человек. Вам повезло, что вы выжили.

— Да, — задумчиво сказал Питт. — Мы едва не погибли.

Он замолчал и вспомнил лицо стюарда, стоящего на борту шлюпки; стюард смотрел на него и улыбался, как человек, который наслаждается убийствами и не испытывает при этом страха и угрызений совести.

— Если тебе интересно, — нарушил молчание Сандекер, — мы отправляемся прямо на встречу с государственным секретарем Оутсом.

— Сделайте крюк, заскочите за „Вашингтон пост“, — неожиданно сказал Питт.

Сандекер помотал головой.

— Мы не можем терять время на покупку газет.

— Если Оутс хочет узнать то, что знаю я, ему придется подождать.

Сандекер скорчил гримасу и сдался.

— У вас есть десять минут. Я позвоню Оутсу и скажу, что ваш самолет опоздал.

Питт встречался с государственным секретарем, когда занимался делом, связанным с Североамериканским договором. Аккуратно подстриженные волосы поседели; живой взгляд карих глаз привычно оценивал Питта.

На Оутсе был сшитый на заказ костюм за пятьсот долларов и начищенные черные, тоже изготовленные на заказ туфли. В нем не было агрессивности, но двигался он легко, как тренированный спортсмен.

— Мистер Питт, рад новой встрече.

— И я рад вас видеть, господин секретарь.

Оутс пожал ему руку, повернулся к остальным собравшимся в комнате и представил Питта. Собрался весь „епископат“. Броган из ЦРУ, Эммет из ФБР, советник по Национальной безопасности Мерсье, с которым Питт также был знаком, и Дэн Фосетт из Белого дома. Адмирал Сандекер оставался рядом с Питтом, настороженно поглядывая на друга.

— Прошу садиться, — обратился ко всем Оутс.

Сэм Эммет повернулся к Питту и с интересом разглядывал его; он заметил осунувшееся лицо.

— Я взял на себя смелость познакомиться с вашим досье, мистер Питт, и должен признаться: отчет о вашей службе правительству читается как приключенческий роман.

Он помолчал, перелистывая досье.

— Благодаря вам удалось спасти без счета жизней в операции „Лисица“. Вы сыграли главную роль в заключении договора об объединении с Канадой. Возглавляли операцию по подъему „Титаника“, и в дальнейшем, в Сицилийском проекте, обнаружили редкий элемент. У вас талант вмешиваться в самые трудные ситуации.

— Кажется, это называется „вездесущий“, — заметил Оутс.

— Прежде чем поступить в НПМА, вы служили в авиации, — продолжал Эммет. — В звании майора. Отлично воевали во Вьетнаме. — На его лице появилось слегка удивленное выражение. — Вижу, вы получили благодарность за уничтожение одного из наших самолетов.