Меня порой удивляло, почему земля держит таких людей. Сидя в сельском кафе при свечах, он казался совсем старым и уставшим, будто уже переделал все возможные дела на этом свете.

Проглотив залпом бренди, который ему принесли, он заказал еще и спросил:

– Что происходит с полковником, Стаси?

– Это ты мне скажи.

– Он сильно изменился – именно в последние шесть месяцев в нем произошел какой-то перелом. Бог знает, в чем тут дело, но что-то гложет его, точно.

– Не могу ничем тебе помочь, – ответил я. – Так же как и ты, ничего не знаю. Может, Пьет лучше осведомлен. По-моему, они очень близки.

– Их связь продолжается уже много лет, со времен Касаи. Я думал, ты знаешь, – удивился он.

Я поднял брови.

– До сих пор верил только в идеальных героев. Как давно он пьет?

– С тех пор, как в нем произошел перелом. Причем делает все тайно, а я не люблю таких пьяниц. Ты что, считаешь, он спивается?

– Ничего нельзя сказать, пока болезнь не проявится. – Я допил бренди и поднялся. – Мне пора, Жюль. Доберешься назад сам?

Он кивнул и взглянул на меня снизу со странным выражением лица.

– Возможно, он такой же, как и я, Стаси. И слишком долго избегает смерти. Иногда я чувствую, что слишком задержался на этом свете, понимаешь? Если думаешь так давно, начинаешь терять всякое чувство реальности.

Его слова преследовали меня, пока я садился в «фиат» и выезжал.

Пьеса кончилась, он так и не появился. Я пошел искать деда и был удивлен, обнаружив его сидящим на террасе с бутылкой вина и стаканами на подносе.

– Не хотел тебе мешать, – заметил он. – Слушал отсюда. Звучало великолепно.

– На расстоянии.

Он улыбнулся и налил мне стакан «марсалы», причем очень хорошей. Она не входит в число моих любимых вин, но даже во имя спасения собственной жизни я бы не сказал об этом, потому что без всякой видимой причины между нами вдруг возникла какая-то незримая связь. Нечто весьма существенное, что я боялся разрушить.

– Ну что слышно в горах? – спросил он меня.

– А что, Марко тебе еще не доложил? Или до сих пор не вернулся?

Дед изобразил на лице недоумение, что не произвело на меня ровно никакого впечатления.

– Как всегда, по пятницам, Марко весь день провел в Палермо. Для нас это важно – проверка квитанций, визиты в банк. Ты же знаешь, что такое серьезный бизнес.

– Хорошо, пусть будет по-твоему, – улыбнулся я. – Серда рассказал мне, где найти Серафино. Достать его сложно, потому что пастухи пересвистываются с каждой скалы, но все же можно.

– Позволительно ли узнать, как?

Я объяснил ему, и он нахмурился.

– Ты раньше когда-нибудь проделывал нечто подобное?

– О да. Я заправский десантник.

– Но прыгать в темноте на скалу более чем рискованно.

– Возможно, хотя шанс есть.

– Но почему, Стаси? Почему ты хочешь туда лететь? Зачем тебе такая жизнь?

– Всем нужны деньги.

– Нет, – покачал он головой. – Я думал над этим. Слабый аргумент. Когда я смотрю на тебя, то вижу себя сорок лет назад. Мафиози до мозга костей.

– Проще говоря, люблю игру, – согласился я. – И эта жестокая и смертельная игра – все, что у меня есть. Она и еще Бёрк.

Я поднялся и двинулся к краю террасы.

Он мягко спросил:

– Ты в нем разочаровался?

– Дело зашло слишком далеко.