Мы называем Саут Маунтин шахтой глубокого горного базирования, вот почему проникнуть в нее невозможно.

Прозвучавший из рядов слушателей голос Дика Пуллера оборвал Питера. Полковнику было наплевать на вопросы стратегии, в соответствии с которыми шахта Саут Маунтин считалась неприступным объектом.

— Доктор Тиокол, давайте перейдем к вопросам тактики. Нет смысла вдаваться в стратегию, потому что нам необходимо попасть в шахту.

— Тогда вы должны понять, что противник сейчас является хозяином положения. Нам предстоит бороться не только с ним, но и с горой. И со всей установкой. Если вы пустите в ход бомбы или, скажем, тяжелые снаряды, напалм, то выйдет из строя главный наземный компьютер, а тогда все пропало. Это не случайность, так все и было задумано. — Питер не добавил, что задумано было им. — И я говорю вам, что попасть в шахту можно единственным путем — открыть двери без взрывчатки и спуститься вниз. Другого варианта нет.

— Мистер Тиокол, — голос был знакомым, Питер сразу узнал Скейзи, — как вы думаете, чем они там занимаются под брезентом?

— Не знаю.

— Но что они могут делать?

— Да мало ли что. Предположим, окапываются, роют ходы. Возможно, прячут какое-то оружие, которое не хотят вам показывать, ну, например… э-э… нет, не знаю.

— А зачем пытаются скрыть?

— Я не знаю, — снова повторил Питер, его уже начала раздражать эта глупая болтовня о брезенте или чем там еще они накрылись. Это не главный вопрос, неужели это нужно доказывать?

— Мистер Тиокол, гм, доктор Тиокол, а каковы наши шансы с разных направлений?

Эти слова озадачили Питера, какой-то непонятный военный жаргон.

— Простите, я не…

— Одновременная атака с разных направлений, — пояснил Пуллер. — Это доктрина группы Дельта. Атакующие числом всегда превосходят обороняющихся, но преимущество теряется, если можно атаковать только с одного направления. Мы предпочитаем действовать сразу с нескольких. Можем мы ударить одновременно в несколько мест?

— Нет. Путь один — через шахту. Но двери шахты сверхпрочные, газовые рули взрываются только при запуске. Нет, другого пути нет.

— А если снизу? Как насчет шахт? — спросил Скейзи.

— Доктор Тиокол не принимает всерьез тоннельных крыс, — пояснил Дик Пуллер присутствующим.

— Думаю, это утопия, — подтвердил Питер Тиокол. — И чем больше вы на нее потратите времени, тем меньше его останется для реального дела. Самое реальное — это дверь. Надо прорваться через дверь.

— Доктор Тиокол, вы знаете, почему находитесь здесь. Помогите нам прорваться через дверь.

Питер совсем растерялся.

Дверь. Он сам придумал ее, а теперь она стала его главной проблемой.

— Вы можете помочь? — настаивал Пуллер.

— Там имеется код, — начал Питер. — Наши противники могут установить собственный код предохранительного устройства. Значит, я должен его расшифровать. Это очень сложно, ведь дверь открывают двенадцать цифр. Можно предпринять только три попытки. Если…

— Вы можете это сделать?

— Нужен дешифровальщик, полковник Пуллер.

Голос Пуллера прозвучал твердо.

— Знаю, но у меня нет времени искать его. Вынужден довольствоваться тем, что имею. А это вы.

Питер промолчал. Голова у него раскалывалась от боли. Ситуация была гротескной и Меган, любительница парадоксов, ее бы оценила. Он создавал эту систему так, чтобы в нее невозможно было проникнуть, а теперь ломал голову над тем, как обойти самого себя.