— Шериф, Прокси, как обстановка?

Ответа нет, сигнал не пробивается через толщу стали. Скорее всего, ещё и глушат.

Зато модель рейд-крейсера была известна, а значит схему коридоров я знал. Отличия могут быть лишь в переделанных отсеках, но мостик и основные проходы к нему не могут быть изменены.

Я повёл дроидов по коридорам, взламывая или вырезая двери. Очередная створка открылась сама и там оказалась толпа десантников. Не наших, разумеется.

— Огонь на поражение! Железка, прикрой!

Я тут же отпрыгнул назад, выхватывая оружие. В меня начали лупить много чем, но на пути встал один из охраняющих меня довольно тяжёлых дроидов со стальным щитом и тут же сгинул. У Кирин было много пушек Старших и хорошего снаряжения. Но… их самих было банально мало. Я улетел в тылы. Коридор заполнили взрывы, вспышки плазмы. Там шёл некто в оборонительном сверхтяжёлом скафе.

И на нём сошёлся огонь двух роторных пушек. Жуткий примитивизм, но вместе с тем страшное точечное оружие! Я тоже успел пострелять. Щиты противников лопнули, створки стали закрываться, но дополнительные руки убрали оружие на «липучки» держателей. Снял с разгрузки две здоровенные тёмно-синие гранаты, формой напоминающие лимон. Коридор наполняли крики, некоторые из обороняющихся были ранены.

Закрыться шлюз немного не успел. По ту сторону сработала жутчайшая кислотная токсичная граната. Если Анна среди защитников… значит, её самой там уже нет. И я не хочу видеть это, как Рей.

Я вернулся к пульту в потемневшем участке коридора. Его самого, как и шифратор, уничтожило в бою.

— Резак, вырезай шлюз!

Толстые двери лучше взламывать, но теперь возиться долго. Их уже могли вовсе обесточить, а маршрут менять не хочу. Сразу два дроида занимались этим под мои команды. Две минуты и по не успевшим отскочить выжившим защитникам застучали редкие пули и чуть не попал импульс плазмы. А ещё слышались стоны и ругань.

Я сам проскочил внутрь, поведя за собой дроидов. Пол под ногами захрустел и иногда проваливался, стены буквально оплавились. Броня была защищена лучше, но тех, чьи скафы не пострадали, не было. Человеческое оружие и дополнительные пушки сломались, некоторым растворило гермогель… и, судя по всему, кислота повредила оболочки плазменных гранат, которые благополучно подорвали собственный отряд.

— Мы сда…

— Не интересует.

Фиолетовый лазер снёс голову говорившего бойца Кирин. Уцелевшей левой рукой он держал хорошо защищённую плазменную пушку Старших. Дополнительной рукой я снял игольник, добивая раненых точными выстрелами.

— Ты, забери это оружие и боеприпас к нему, — я указал железяке на рабочую плазменную пушку и устойчивые к коррозии ячейки.

Я потерял нескольких идущих в авангарде самых тупых дроидов и одного нормального. Плюс ещё несколько повреждены. Абордаж продолжался, встречая на пути лишь противоабордажные турели. Ближе к мостику я столкнулся, видимо, уже с самими учёными из Кирин в компании некоторого числа дроидов.

Они сгрудились и переминались с ноги на ногу, явно испытывая страх. Снаряжение на скафы порой было навешано немного небрежно. Они учились, однако в критической обстановке показали недостаток опыта. Зато оружие у них было куда лучше!

— Кто не сдастся сейчас — сдохнет по-любому! Я не намерен вас щадить!

Хорошо, что я шёл за авангардом со стальными щитами, потому что тот встретил реально много лазерных лучей, рельсовых снарядов и шаров плазмы. Но и у моих кое-что ещё было! Залп дымовыми гранатами и за ним все дроиды использовали взрывчатку. Я приклеился к потолку и зарядил всем, что есть, включая гранату с мощным усыпляющим составом.