Зловещая фигура в лифте вышла из кабины.

Это был он! Тот самый человек, смерть которого она констатировала три часа назад. Он был полностью обнажен. Кожа его отдавала синюшной бледностью, а из-под швов, стягивающих страшную рану на груди, сочилась черная кровь. Взгляд широко раскрытых глаз с нечеловеческой сосредоточенностью был устремлен прямо вперед. Двигаясь с бездумной решительностью зомби, человек с железным сердцем зашагал вперед, мягко шлепая босыми ногами по мраморному полу.

Грейс вышла из оцепенения. Вокруг нее снова была привычная атмосфера приемного отделения экстренной помощи. Люди кричали в ужасе, разбегаясь во все стороны, лишь бы не оказаться на пути приближающегося монстра. Одному из санитаров не повезло. Он слишком долго медлил. Проходящий мимо него мертвец выбросил руку, и несчастный санитар взлетел в воздух. Пролетев дюжину футов, он врезался в пирамиду запасных стульев и замер на полу, слабо подергиваясь. Морти Андервуд находился в двух шагах от пострадавшего, но не предпринял ничего, чтобы прийти ему на помощь. Панический страх исказил его мясистую физиономию. Отшвырнув пачку разлетевшихся разноцветных бумаг, заведующий отделением ударился в бегство, вереща, как недорезанный поросенок. Мертвец продолжал неуклонно  продвигаться вперед по направлению к главному выходу. Грейс прижалась к стене. Она знала, что должна спасаться, но это было абстрактное знание, никак не действующее на ставшие вдруг ватными и неуправляемыми конечности. Кофейная чашка выскользнула из непослушных пальцев и разлетелась вдребезги.

Чья-то фигура в темно-синей форменной куртке стремительно рванулась мимо нее, преградив путь кадавру. Эрвин! Полицейский шагнул навстречу человеку с железным сердцем и вытянул вперед левую руку с раскрытой ладонью, держа правую на кобуре.

— А ну-ка стой где стоишь… — начал Эрвин, но закончить так и не успел. Мертвец нанес ему молниеносный удар в лоб, со страшной силой отбросивший полицейского назад. Он врезался затылком в стену на расстоянии вытянутой руки от Грейс. Послышался громкий треск, как от запущенной петарды. Тело Эрвина обмякло, словно студень, и медленно сползло на пол, оставляя за собой широкую кровяную полосу.

Ходячий труп даже не замедлил шаг. Глядя прямо перед собой остановившимся взором, он неуклонно продвигался к автоматическим дверям выхода, не обращая внимания на застывшую в пяти шагах от него Грейс. От него исходило омерзительное зловоние, создаваемое формальдегидом, свернувшейся кровью и приторным запахом начинающегося гниения.

Так пахнет смерть.

В помещении приемного отделения не осталось к этому моменту практически никого. Большинство разбежались, но некоторые остались и выглядывали теперь из смежных коридоров, наблюдая за монстром со смесью любопытства и ужаса. Даже санитар успел оклематься и куда-то уполз. И теперь в холле, помимо кадавра и неподвижного тела Эрвина, находилась одна только Грейс. Но тут к равномерному шлепанью босых ног мертвеца присоединился другой звук: металлический скрежет, сопровождаемый невнятным бормотанием. Грейс бросила взгляд в направлении звука и похолодела от страха.

Прямо перед автоматическими дверями крутилась инвалидная коляска, в которой сидела полная седая женщина в махровом купальном халате. Правое колесо коляски заклинило, и женщина безуспешно пыталась его освободить, дергая за рычаг.