— И вы держите всю школу, хочешь сказать?

Он лишь кивнул головой.

Удивительно, правда? Всего двадцать семь человек, двадцать семь каких-то уродов, причём половина точно не самая сильная, а держат всю школу в страхе. В школе с девятый по двенадцатый классы, по четыре буквы в каждом потоке, что значит в сумме шестнадцать классов. Это четыреста восемьдесят человек, из которых половина парни. Около двухсот сорока человек, плюс-минус два десятка, все в возрасте от пятнадцати до восемнадцати лет.

И они не могу навалять двадцати семи.

Почему?

Разрозненность — страх, что никто не поддержит, и нежелание защищать ближнего. Страх — боятся, что с ними расправятся, считают, что таких не достать и они едва ли не неприкасаемые. Наплевательство — главное, чтоб не меня.

По такому принципу они живут. По такому принципу живёт большинство людей. Осталось понять, живёт ли эта банда по этим же законам. Если нет, то ко мне очень скоро придут разбираться.

Глава 60

Я вернулся в класс как ни в чём не бывало, хотя урок уже длился около десяти минут. Учитель сделал вид, что не заметил меня. Поэтому я спокойно дошёл до своего места и увидел свой сброшенный портфель. Нет, из него никто ничего не вытряхивал, но он был сброшен на пол, что неприятно.

Я даже догадываюсь кем. Этот самый кто, когда я сел на место, ко мне и обратился.

— Лучше бы ты дал мне домашку, чепушила, — прошипел Ким. — Я тебе ебало порву.

— Сколько угодно, — равнодушно ответил я, вытаскивая вещи на стол. — Но сначала попытайся не порваться, отвечая на вопросы по биологии.

— Ты охуел? — мгновенно вздыбился он. — По зубам не хочешь?

— Ким, ты не настолько хорош, чтоб отвлекаться от урока.

Иными словами, ты тупой. И он это понял, что было удивительно. Я увидел, как исказилось его лицо, когда он наконец понял, что и как ему ответили.

— Ты даже не представляешь, что с тобой сделает Пятак, если я попрошу, — и вновь этот шакалий оскал.

В ответ я лишь красноречиво зевнул.

— Ну-ну, посмотрим на перемене, чмошник, — глумливо ответил тот и наконец отстал от меня.

На перемене мы действительно посмотрим.

После драки в туалете, как я выяснил, правый кастет всё же сломался. Как это ни прискорбно, но он не выдержал ударов, хотя продержался почти до конца, что уже хорошо. У него отломились две дужки колец на среднем и безымянном пальце. Из-за этого во время драки они вмялись внутрь, сильно передавив пальцы, от чего средний и безымянный сейчас слегка опухли и стали фиолетовыми. Но это просто синяки, пусть и болят. Плюс лопнула рукоять, что должна была упираться в ладонь. Теперь он был непригоден для использования.

Зато другой кастет был ещё целым. Ни трещин, ни деформаций, что явный плюс.

Только вряд ли я смогу его использовать. Что касается маски, то она треснула. Нос-змейка довольно сильно приложился к ней, от чего прямо посерёдке шла внушительная трещина, и маску теперь можно было сломать просто руками. Ударь кто-либо по ней, и эти две половинки могли бы припечататься к моему лицу.

За мной действительно пришли на перемене.

Зря я надеялся, что они закроют на это глаза или испугаются, ведь в итоге их было значительно больше, а количество рождает смелость. Просто узнал я, что их не просто больше, а значительно больше, буквально недавно. Будь их десять или, на крайний случай, пятнадцать, то ладно, но их оказалось едва ли не тридцать. И они не могут позволить закрыть на это глаза по двум причинам.

Первая и основная — их собственная гордость.