— У них там бой в самом разгаре. Кажется, второй до сих пор здесь, — нахмурился Панк. — Идём?

— Да, пошли, посмотрим, что да как. Не будем очень близко подходить.

А стрельба тем временем продолжалась, причём жуткая, непрекращающаяся и сопровождающаяся взрывами и раскатами грома внутри здания. В момент, когда мы подходили, угол здания взорвался, будто там взорвали не один килограмм пластида. Разлетелся кусками кирпича по округе, открыв разрушенный коридор, в котором виднелись наёмники, поглядывающие наружу. Сразу после этого стрельба быстро начала сходить на нет. Ещё слышались короткие очереди, но их становилось всё меньше и меньше. А когда мы вошли внутрь особняка, перед нами почти из ниоткуда появился наёмник с коротким докладом.

— Оба Легата уничтожены. Почти вся охрана уничтожена, остатки скрылись в подземном бункере, который мы собираемся вскрывать.

Довольный Бурый улыбнулся и отдал приказ:

— Приступайте.

Глава 139

Это был красивый особняк.

Когда-то.

Я могу судить об этом по тому, что осталось здесь после боя, как будто здесь воевали не люди, а танки. Каменный пол из плиток, по которому был выстелен тропинкой красный ковёр, во многих местах был потрескавшимся и выкорчёванным. Отсутствовали целые куски пола, каменные плиты были разбросаны повсюду или валялись большими кучами вместе с бетоном и перегородками. Ранее упомянутый ковёр валялся обугленной тряпкой у стены. Часть ковра.

Сорвавшаяся огромная люстра лежала в центре зала, раскидав в стороны осколки. Стены были испещрены пулями настолько, насколько это было возможно, будто их специально расстреливали. Деревянный декор, включающий перила были переломаны в щепки и обуглены.

Зал был разгромлен под корень.

— Так, а где у нас прячется наш друг Соломон? Внизу, в подвале? — спросил Бурый, оглядываясь.

— Да. Мы уже начали вскрывать дверь.

— Ну и отлично, идёмте, посмотрим на последние минуты старого ублюдка.

Спуск в подвал проходил через винный погреб, который не пустовал и был заполнен едва ли не дополна. Там, пройдя его и спустившись ещё ниже по лестнице, мы попали в продолговатую продольную комнату, оканчивающуюся стальной прямоугольной дверью. Точно не из тех, что можно вышибить обычным взрывом.

Сейчас её, судя по яркому огню, плавили термитом, ослабляя. Рядом стояли наёмники со взрывчаткой, готовые прикрепить заряды и выбить окончательно дверь. Другие держали оружие наготове. Но здесь были не все наёмники, часть осталась наверху обыскивать и добивать оставшихся врагов.

— Неплохую он себе духовку отстроил, — почтительно заметил Француз.

— Ну а ты как думал? У него дохера денег, да только на зарплаты жопился, сучонок. Зато теперь мы видим, что эти деньги его не спасли. Эй, долго ещё?

— Пару минут, — ответил один из наёмников.

В этот момент один из наёмников, стоявших здесь, подошёл к нам.

— Группа сверху нашла несколько слуг этого поместья и ещё четырёх сдавшихся людей противника, — доложил он Бурому.

— Гражданских: служанок, слуг и прочий люд связать пока, — махнул он головой. — Остальных на тот свет.

— Принято, — кивнул тот и, отойдя, продублировал приказ.

Тем временем наёмники закончили прожигать дверь. После термита она выглядела так, будто кто-то нацепил на неё яркие неоновые лампы жёлто-оранжевого цвета, очертив в центре двери прямоугольник. Его тут же стали обкладывать взрывчаткой, соединённой проводами.

— Первый седьмому, мы готовы к вскрытию консервы, — передал по рации один из наёмников.