— Прости, — зевая, сказал он без всякого раскаяния.

— Блин. Я же собиралась ей помогать. — И так нехорошо, что она варит зелья для меня, а завалиться спать, пока она работает, просто хамство.

Он поднял плечо и опустил — типа пожал плечами.

— Она сказала, пусть спит.

Сердито вздохнув, я подтянула джинсы. Терпеть не могу спать в одежде. Ну, хоть душ я успела принять перед ужином, подумав, что стоит избавиться от запаха Кистенова трико.

— Кери? — позвала я, доковыляв до кухни. Черт бы все побрал, мне бы уже надо было покидать шмотки в одолженный Кистеном микроавтобус и ехать к северу.

Кери сидела за антикварным столом Айви, положив голову на скрещенные руки. Рядом стояла коробка от пиццы с единственным уцелевшим куском и нетронутый пакет чесночного соуса. Все в кухне замерло, и только прохладный ветерок из окна перебирал длинные тонкие волосы эльфийки. Кухня была чище, чем когда-либо после моих упражнений в магии: медная посуда аккуратно составлена в мойку, под ногами чуть похрустывала соль, оставшаяся от защитного круга, и кое-где разбросаны лей-линейные колдовские приспособления и травы из арсенала ведьм земли. Демонская книга лежала открытая на кухонном столе, фиолетовая свечка, сохранившаяся еще с Хэллоуина, погасла у меня на глазах.

Полуденное солнце ярким потоком лилось в окно, за плещущими занавесками визжали и носились пикси, с варварским энтузиазмом рубя в капусту гнездо фейри на ясене. На столе си дел Дженкс, привалившись к полупустой чашке Кери.

— Кери, — еще раз сказала я и потянулась к ее плечу. Она вскинула голову.

—О di immortals, Галли! — пробормотала она, явно не проснувшись. — Прими мои извинения. Твое зелье готово. Чай будет сию минуту.

Дженкс с треском взлетел в воздух, на секунду я отвлеклась на него, и снова повернулась к Кери.

— Кери?! — в ужасе повторила я. Она зовет Алгалиарепта «Галли»?

Она застыла на миг и снова уронила голову на руки.

— О Господи, Рэйчел, — выговорила она. — Минутку…

Я сняла руку с ее плеча. Ей показалось, будто она опять у Ала.

— Прости, — сказала я, чувствуя себя последней свиньей. — Я заснула, а Кистен меня не разбудил. Как ты себя чувствуешь?

Она повернулась ко мне со слабой улыбкой на треугольном личике. Зеленые глаза были усталые и не выспавшиеся. Конечно же, она не спала со вчерашнего утра и валилась с ног.

Прекрасно, — пролепетала она откровенную неправду. Сгорая от стыда, я села с ней рядом.

Блин, Кери, надо было меня разбудить.

— Все хорошо, — повторила она, глядя на вьющуюся над свечой струйку дыма. — Дженкс помог отыскать травы. Он большой знаток.

Подняв брови, я посмотрела на Дженкса — пикси стаскивал шелковую зеленую курточку, в которой он обычно садовничал.

— Думаешь, я стану пить зелье, не зная, из чего оно? — хмыкнул он.

— Тебе помогал Дженкс? — переспросила я. Она пожала плечами.

— Неважно, кто его делал, важно, что ты его можешь активировать.

Устало улыбаясь, она кивнула на снадобье и иглу для пальца. Не слишком торопясь, я направилась к зелью для Дженкса. Пластиковая предохранительная крышечка на игле сломалась с громким треском.

— В палец Юпитера, — посоветовала Кери. — Это придаст чарам силу твоей воли.

Придаст так придаст, подумала я, вялая от недосыпа. Проколов требуемый указательный палец, я добыла три капли крови. Кистен зашевелился в гостиной, когда они упали в сосуд, и поплыл запах жженого янтаря.