— Я считаю, что вы вызвались везти меня домой вовсе не из-за того, что нам по пути. Вы хотели поставить меня на место, обвинить во всех грехах и приструнить, — ответила она с горечью.

— Это не такая уж простая задача. Вероятно, Пирс не раз сталкивался с этой проблемой, — живо отреагировал Джон.

— Не впутывай в это Пирса, — сердито оборвала его Торри.

— Так, значит, «это» существует? — подхватил он. — Что же ты не сказала раньше... Я все еще чувствую вкус твоих губ и очень хорошо помню, как твое тело...

Они остановились на светофоре. Торри, неестественно выпрямившись, с красными пятнами на щеках, уставилась прямо перед собой.

— Твое тело... — продолжал он, но она больше не могла слушать.

— Прекрати! — закричала она и повернулась, полными слез глазами глядя ему в лицо. — Для тебя это просто случайная встреча, несколько дней флирта, после которого каждый идет своим путем. Я могу понять, что ты чувствуешь, и признаю, что вела себя отвратительно. Чего ты еще от меня хочешь?

Джон удивленно приподнял брови и тронулся с места.

— Любопытное предположение, — протянул он. — В таком случае объясни, почему ты вела себя так, будучи уверена, что для меня это «просто случайная встреча»?

— Ты добился того, что смутил мой покой, — вырвалось у Торри, и она снова обругала себя за то, что говорит, не думая. Словно какой-то демон, сидящий внутри, тянул ее за язык.

— Покой? — повторил Джон. — Не думаю, что тебе так уж спокойно со своим избранником. Во всяком случае, по твоему поведению этого не скажешь, — сказал он, саркастически улыбаясь.

— Это... Я... О господи! — Торри закрыла лицо руками.

— Трудно быть женщиной, не правда ли?

Она покраснела, поняв, что он снова смеется над ней.

— Я больше не собираюсь говорить на эту тему. Поверни налево, — скомандовала девушка. — Высадишь меня у того высокого дома, первого от угла.

Джон молча подъехал к подъезду, но, когда она уже собиралась выйти, протянул руку и схватил ее за запястье.

— О нет, так не пойдет, милая. Ты не уйдешь, пока все не объяснишь.

— Отпусти меня, — процедила Торри, глядя на него горящими от ярости глазами.

Но его, казалось, все это забавляло. Он включил маленькую лампочку в салоне и, оглядев девушку, заявил:

— Мне кажется, что может существовать только два разумных объяснения твоего поведения. Или ты из тех глупых птичек, что наслаждаются самим процессом охоты, но в панике спасаются бегством, как только доходит до дела, или... Твой дорогой Пирс не совсем удовлетворяет тебя в определенном смысле, и ты просто не можешь время от времени не приглядеть что-нибудь более стоящее... По-видимому, в твоей жизни произошло что-то такое, что вынуждает тебя решиться на брак по расчету и, подобно последней изголодавшейся...

Грязное слово обожгло Торри, словно удар хлыста, на какой-то момент заставив окаменеть. Но едва до нее дошел смысл сказанного, как она побледнела и, не помня себя от гнева, со всего размаху влепила ему пощечину.

— Ты... ты... ты чудовище, — прохрипела девушка, пытаясь вырвать у него свою руку. — Ты...

— Позволь мне закончить, — невозмутимо произнес Джон. — Каждый день на земле заключается множество несовершенных браков, но я уверен, что таким пылким девушкам, как ты, не стоит спешить.

— А я — нет. — Торри захлебывалась от слез. — Если бы ты только знал...

— Но я знаю, — сказал он, неожиданно отпуская ее.

Она закрыла лицо руками, потрясенная той бурей эмоций, что охватила ее.