Настя, словно ведомая слепая за собакой-поводырем, вошла в квартиру.

Кухня была очень маленькая, как всегда в этих домах, к тому же статная фигура Розы Сергеевны заняла собой все пространство, но тем не менее Настя в виду своих маленьких габаритов разместилась на табуретке, поджав ноги и руки. Тут Роза стала проявлять чудеса гостеприимства и метать на стол пирожки, плюшки и конфеты, причем домашнего производства.

– Угощайся, нам надо найти общий язык, иначе ничего не склеится. Мы же на интимные темы будем разговаривать.

– На интимные? – икнула Настя.

– Ты права! Все я поняла! На интимные это только после коньячка! Как? Готова с утра принять?

– Ой, я не пью! А еще после вчерашнего голова не прошла, – поморщилась Ася, как иногда звали ее друзья.

– Так вчера все же пила? – ухватила основную мысль врач.

– Что-то я вчера очень расстроенная была… – ответила Настя.

– Уж не из-за меня же? – прищурила даже с утра ярко накрашенные глаза Роза.

– И из-за вас тоже, – вздохнула Настя.

– Вот мы уже и знакомимся. Ты достаточно честна и прямолинейна?

– Всегда так было… и не скажу, что это помогало мне существовать.

– А прикидываться тебе тоже бессмысленно, никто не поверит, уж лучше быть естественной, хотя мужчине придется немного подыграть, – стала валить ей на тарелку свои кулинарные шедевры «народная» сваха.

– Ой, Роза Сергеевна… – ужаснулась Настя.

– Просто – Роза.

– Пожалуйста, Роза, не надо… Я не ем столько, вернее, я вообще мучное есть не приучена… – запротестовала Настя.

– Оно и видно! – скептически окинула взглядом ее фигуру сваха. – Только не говори мне, что ты сидишь на диете. Ты выглядишь, словно больная булимией, это те, которых всегда рвет…

– Я знаю, что это такое, – кивнула Настя, – но я этим не страдаю.

– Смотри у меня! С психичками я не работаю, – строго посмотрела на нее Роза, – так что ешь! Это будет лучшим доказательством, что с тобой все нормально.

«Придется давиться…» – подумала Настя, беря один пирог.

Она не могла сказать, что сидит на диете, тем более сейчас это уже было не актуально. И не могла сказать, что не хочет съесть весьма аппетитно выглядевшие пирожки. Просто за всю свою жизнь она настолько невкусно и мало питалась, что полностью отвыкла это делать. Но человека уважить было просто необходимо, это Настя тоже понимала.

– Чай? Кофе? – спросила хозяйка.

– Кофе, – ответила Настя.

– А я думаю, что для поправки твоего бледного вида со вчерашнего нужен коньяк. По крайней мере, он не повредит, – тоном, не терпящим возражений, оповестила Роза и достала штоф с бокалами под коньяк.

– А теперь можно перейти и к работе. Ты быстро прибежала к свахе, значит, положение очень запущенное.

– Очень, – согласилась Настя. – Просто я раньше не думала об этом так серьезно.

– Пока я не открыла тебе глаза? – Роза откупорила бутылку весьма профессионально.

– Можно и так сказать…

– И все-таки что-то еще подвигло тебя прийти ко мне на следующий же день? – поинтересовалась Роза, отправляя пирог целиком в рот.

– Я ночью чуть не изнасиловала своего друга, – пояснила Настя, вяло жуя пирог и удивляясь способности этой женщины выведывать всю информацию.