Кэт была полностью здорова, по крайней мере физически, но мне не хотелось отпускать ее. Я боялся, что она распадется на мелкие кусочки. Я обернул руку вокруг ее плеч, притянув ее к себе.

— Боже, Карисса… Она мертва, а следовательно… — Кэт снова сглотнула.

Я нежно сжал ее в объятьях.

- Если бы что-то случилось с одним из Лаксенов, я бы узнал. Все это может означать только, что «мутация» не закрепилась. Блейк же говорил, что иногда изменения нестабильны, и случай с Кариссой чертовски на это похож. Наверное, связь с Лаксеном устанавливается, только когда человек «мутирует» окончательно.

— Нам надо срочно поговорить с Блейком. — Она прочистила горло, покачав головой. — Господи, Карисса! Это была Карисса! Ну почему, почему именно она?

Тяжесть наполнила мою грудь, когда слезы потекли по лицу Кэт. Я усадил ее на свои колени и обнял. Это было единственное, что я мог сделать в то время как она рыдала из-за потери своей подруги. И это было больше, чем просто потеря. Кэт не сможет никому рассказать, что случилось с Кариссой. Ей придется притворяться, что она ничего не знает, когда люди вокруг осознают, что тихая девочка с занятий по тригонометрии исчезла. Чувство вины будет терзать ее. Я знал это. Так же как и боль, смерть Кариссы была совершенно бессмысленной и даже жестокой, и это было не то, с чем можно было легко смириться.

Все, что я мог делать, это обнимать ее, и когда она плакала, я зашептал ей на своем родном языке. Я сказал ей, что все будет хорошо. Я сказал ей, что я буду рядом с ней, несмотря ни на что. И что однажды она будет жить без этой боли и этого страха.

Я обеспечу ей такое будущее.

Мой мозг начал перебирать все то, что необходимо было сделать. Спальню Кэт нужно убрать. Нужно чем-то прикрыть прожжённое пятно, потому что я не хочу, чтобы она видела его каждый день.

Через некоторое время слез стало меньше и Кэт подняла голову. Ее глаза были красными, но голос был твердым, когда она заговорила.

— У нее был браслет. Точно такой же, как у Люка.

Неожиданно.

— Уверена? — Когда она кивнула, я откинулся назад на диване, удерживая ее на своих коленях. — Подозрительно это.

— Да.

— Мы должны поговорить с Люком, только без всяких посредников. — Беспокойство закралось в мою голову. Я не доверял этому ребенку. Я не доверял Блейку. Я не верил, что Карисса встретила Лаксена, влюбившегося в нее, была ранена, а затем исцелена. — Я сам все объясню нашим. Не хочу, чтобы ты заново все это переживала, рассказывая остальным. Я сам.

Она опустила щеку на мое плечо.

— Спасибо.

- И надо что-то сделать с твоей комнатой. Мы наведем там порядок.

Кэт слегка расслабилась.

— Ты само совершенство.

— Разве что временами, — прошептал я, проведя подбородком по ее щеке. Сейчас я не чувствовал себя идеальным. — Мне жаль, Кэт, действительно жалко Кариссу. Она была хорошей девчонкой и не заслужила такой судьбы.

- Точно, — прошептала она.

— А ты не заслужила того, что приключилось с тобой из-за нее.

Кэт не ответила, я протянул к ней руку, осторожно смахнув слезы, которые собрались у нее под глазами. Ее голос был слабым, когда она заговорила.

— Мы можем поехать в Мартинсбург? Мама работает в среду. Думаешь, еще рано говорить с Люком один на один?

— Нет. Я думаю это хорошая идея.

После этого она затихла, и в конце концов ее дыхание стало ровным. Борьба с Кариссой и слезы истощили ее. Подняв ее со своих колен, я уложил ее на диване. Она пробормотала что-то невнятное, что заставило меня слегка улыбнуться. Схватив одеяло со спинки дивана, я укрыл ее.