Человеческие запоры никогда не были преградой для магов, и Шардаш без труда проник в нужное помещение.

  Световой шар выплыл из рук, вычленив из темноты стеллажи.

  Профессор направился к каталогу, порылся в карточках и, запомнив нужный индекс, отправился на поиски. Его интересовали хроники демонов за последние триста лет. Позже копаться бессмысленно: вряд ли корни мести роду Ики уходили так глубоко. Особый интерес вызывали контакты Лунного и Солнечного миров.

  Выудив из ниоткуда (на самом деле - из невидимой сумки) карандаш и тетрадь, Шардаш вытащил первый том хроник и начал штудировать. Он пролистывал всё, что касалось политики, читал только о происшествиях и локальных схватках. Профессор надеялся отыскать также сведения о перстнях с проклятиями, ради чего особое внимание уделял близким членам семьи Наитемнейшего.

  Первый том ничего не дал и, не вставая, Шардаш перетащил по воздуху второй и третий.

  Время текло, а разгадка всё не приближалась. Профессор уже подумывал, не попросить ли магистра попытаться узнать у Темнейшего? Девять шансов из десяти, что тот и пальцем не пошевелит, но один-то всё равно существует.

  Фамильяр не появлялся, значит, Мериам всё ещё ужинала со змеями. Шардаш периодически думал о ней, успокаивая себя тем, что ей не причинят вреда. Только император всё равно казался не лучшей компанией для трапезы. Демоно-вампир против обычной адептки. Скажет или сделает что-то не то, королева-магиня не спасёт. Одно радовало: Темнейший показался ему уравновешенным тёмным. Возраст обязывал.

  Подперев щёку рукой, Шардаш скользил глазами по строкам. Он хотел закрыть очередной том, когда наткнулся на скупой абзац о младшем сыне Наитемнейшего, совсем юном демоне. Тот расторг помолвку с выбранной ещё до рождения невестой и сбежал из дома с некой возлюбленной. Заинтересовавшись, профессор попробовал отыскать сведения о браке, но не нашёл. О детях тоже нигде не упоминалось, хотя имя демона, Ионафан, мелькало иногда в ряде мелких конфликтов.

  Сделав пометку в тетради, Шардаш воскресил в памяти балладу, услышанную Мериам, и слова Темнейшего о том, что тот не желал ссориться с Бригиаттой, старшей дочерью Наитемнейшего. Именно в её дом перешёл второй перстень с розами. Сначала профессор решил, будто император намекал на одного из детей Бригиатты, но с таким же успехом преступником мог оказаться младший брат демоницы.

  Желая проверить догадку, Шардаш зарылся в человеческие хроники и внимательно проштудировал всё за последний век.

  Примерно пятьдесят лет назад был замечен странный всплеск энергии, характерный для проведения какого-то ритуала, и зафиксирована массовая гибель магов на Островах северного ветра. От Лаксены до них - двадцать миль. Убивали только мужчин, по почерку - демон. Все преступления совершены с особой жестокостью. Длилось пиршество смерти всего три дня, затронув и побережье Лаксены, а потом внезапно прекратилось. Кто-то даже выплатил родственникам погибших денежные компенсации.

  Оставалось загадкой, кем была возлюбленная Ионафана. Человеком с тех самых Островов северного ветра или демоницей. Но дела это не меняло: она умерла, судя по всему, не без помощи родных отвергнутой невесты, а Иоанафан мстил магу, который обманул его, посулив воскрешение прекрасной девы. И если с этим как-то связана Мериам, этим волшебником был её дед. Только почему преследовали его, Шардаша?

  'Забвение роз'! Профессор ругнулся, осознав всю тонкость мести. Когда-то забвению предали прекрасную возлюбленную Ионафана - розу. Теперь та же участь ждала другую девушку. Мериам станет последней и самой главной жертвой, но жертвой не кольца, а правосудия.