- Чья на этот раз? - магистр указал на опустевший пузырёк.

  - А, - махнул рукой император, - два тролля, один человек. Пытались убить. Ты же знаешь, Ролейн, я даже врагов пущу в дело.

  Асварус отсалютовал ему бокалом и осушил его. Император пригубил напиток и, скривившись, отставил на стол:

  - Не находишь, что у троллей кровь горчит?

  - Я не вампир и не различаю столь тонких оттенков вкуса, - ушёл от ответа магистр.

  Император улыбнулся краешком рта, обнажив характерный клык. Потом рассмеялся, показав отнюдь не человеческие зубы: острые, белоснежно-белые и большие. На их фоне вампирьи клыки смотрелись органично. Больше пугали не они, а резцы демонов, способные перемолоть любые кости. От демонов императору достались также длинные фиолетовые волосы, которым позавидовала бы любая девушка, и крылья, сейчас обнимавшие подлокотники кресла. Он мог бы спрятать их, но ими так удобно цеплять куски ветчины с тарелки. Крылья у демонов в случае увечья заменяли руки. На каждом было по три полноценных длинных пальца.

  Неспящие - так называли вампиров - подарили императору бессмертие, стать, тонкую кость и аристократичные черты лица. Темнейший Джаравел ФасхХавел принадлежал к клану Вечности Дома ночи. Выше него, как шутили, только небо, а ниже - Преисподняя. В шутке была доля правды: в императоре текла кровь семьи Наитемнейшего - правителя всех демонов. Спорить с Джаравелом в 'темнейшести' не посмел бы никто, живущий в Солнечном мире. Соперники нашлись бы только в Лунном - мире демонов, но на то они и демоны.

  От кого императору достались глаза, молва умалчивала. Однако именно за них Джеравел получил прозвище 'Смерть'. Правый глаз - первозданная Тьма без зрачка, левый - безмятежная голубизна полуденного неба. Приговор нередко выносился одним поворотом головы. Какой глаз обратился к преступнику, так с ним и поступали. Сегодня все трое увидели Тьму.

  - Жаль, что уезжаешь, - император поколдовал над бокалом, счёл его содержимое пригодным для питья и сделал глоток. - Ты же знаешь, поговорить здесь не с кем, разве что к родственникам податься, но путешествие утомительно.

  - С твоим накопителем силы? - не веря, покачал головой магистр и указал на массивный перстень на руке Джаравела.

  - Не перемещение, переезд. Да и лучше быть первым среди безрогих, чем тридцать седьмым среди рогатых.

  Император лукавил: он числился двадцать четвёртым в списке демонических родов. Если бы все двадцать три теоретических претендентов на высший престол скончались, то у Джаравела был шанс стать Наитемнейшим. Благо по силе император превосходил большинство тех, кто родились раньше него и ближе к престолу, заняв первые места в списке.

  Асварус не стал поправлять друга. Если император желал назваться кем-то, не стоит ему перечить. Тем более эльф. Тёмный или светлый, неважно. Какой бы реакцией и набором магии ни обладал магистр, он заведомо не мог сравниться с Темнейшим. Поэтому за все долгие годы дружбы Асварус ни разу не поссорился с Джаравелом. Вот и в этот раз приехал, раз император позвал. За отказ тот, конечно, тот его не убьёт, но охладеть может.

  Зазвенело и разбилось окно. В комнату на верёвке влетел человек в маске и пустил болт в императора. Взметнулись крылья, отбив удар крепким, как камень, хрящом. Болт отлетел, не оставив и царапины.